Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

Евразия, разрывающаяся между войной и миром

  • Автор: Пепе Эскобар
Верховный лидер Ирана Аятолла Али Хаменеи на встрече с президентом России Владимиром Путиным в Тегеране 1 ноября 2017 года. Фото: AFP / веб-сайт Верховного лидера Ирана.
Ведущий торговый партнёр Ирана — Китай, а Тегеран и Москва улучшают отношения, поскольку три страны сближаются ради укрепления прочного альянса.
Два саммита — рукопожатия через границу, которые потрясли мир, Кима и Муна в Пханмунджоме и прогулка Си с Моди у Восточного озера близ города Ухань — возможно, создали впечатление, что евразийская интеграция вступает на более ровный путь.
Это не совсем так. Всё возвращается к конфронтации: предсказуемо, что реальное, действующее ядерное соглашение с Ираном, известное по акрониму СВПД (JCPOA,Совместный всеобъемлющий план действий), занимает центральное положение.
А Россия и Китай, верные медленно проявляющейся дорожной карте евразийской интеграции, стоят на переднем крае поддержки Ирана.
Китай — ведущий торговый партнёр Ирана, особенно из-за своего импорта энергоносителей. Иран, со своей стороны, один из крупнейших поставщиков продовольствия. Россия намерена прикрыть этот фронт.
Китайские компании разрабатывают огромные нефтяные месторождения в Ядаваране и Северном Азадегане, Китайская Национальная Нефтяная Корпорация (CNPC) владеет значительной долей 30% проекта по развитию Южного Парса — крупнейшего месторождения природного газа в мире. Заключено соглашение стоимостью $3 миллиарда по обновлению нефтеперерабатывающих производств Ирана, в том числе есть контракт между Sinopec и Национальной Иранской Нефтяной Компанией (NIOC) о расширении насчитывающего многие десятилетия нефтеочистительного завода Абадан.
В 2015 году, во время нашумевшей поездки в Иран сразу после подписания СВПД, президент Си Цзиньпин поддержал амбициозный план увеличения двусторонней торговли в следующем десятилетии более чем в 10 раз до US$600 миллиардов.
Для Пекина Иран — абсолютный ключевой узел Новых Шёлковых Путей или Инициативы «Пояса и Пути». А ключевым проектом Инициативы является 926-километровая высокоскоростная железная дорога от Тегерана до Мешхеда стоимостью $2.5 миллиарда, на которую Китай предложил займ $1,6 миллиарда — первый поддержанный иностранцами проект в Иране после подписания СВПД.
В Брюсселе проходят бурные дебаты вокруг невозможности финансировать соглашения в Иране европейскими банковами — из-за беспощадной и совершенно непредсказуемой санкционной мании Вашингтона. А это открывает возможность для китайской CITIC выйти с предложением открытия кредитной линии на $15 миллиардов.
Экопортно-импортный банк Китая пока профинансировал в Иране 26 проектов — всё, от строительства магистралей и добычи до производства стали — в целом займов приблизительно на $8.5 миллиардов. Китайская корпорация по страхованию экспортных кредитов — Sinosure — подписала меморандум о взаимопонимании , чтобы помочь китайским компаниям инвестировать в иранские проекты.
Китайская национальная машиностроительная корпорация подписала контракт на $845 миллионов по строительству 410-километровой железной дороги в западном Иране, соединяющей Тегеран, Хамадан и Сенендедж. Постоянно ходят слухи, что Китай в долгосрочном плане может даже заменить ограниченную в средствах Индию в развитии стратегического порта Чехбехар на Аравийском море — предполагаемую начальную точку индийского мини-шёлкового пути в Афганистан в обход Пакистана.
Итак, посреди делового блица Пекин не сказать, чтобы был впечатлён тем, что Министерство юстиции США замахнулось на Huawei, в частности из-за крупных продаж вполне достойных своей цены смартфонов на иранском рынке.
Имей «Сухой» — будешь путешествовать
Россия зеркально отражает и более чем соответствует китайскому деловому натиску в Иране.
При медленном прогрессе, когда речь идёт о покупке американских или европейских пассажирских самолётов, Aseman Airlines решила купить 20 самолётов Sukhoi SuperJet 100, а Iran Air Tours — филиал Iran Air — ещё 20. Соглашение стоимостью более $2 миллиардов было заключено на прошлой неделе в Турции на Евразийском Авиа-шоу 2018 года в Международном Аэропорту Анталии в присутствии заместителя министра промышленности и торговли Олега Бочарова.
И Иран, и Россия борются против американских санкций. Несмотря на исторические разногласия, Иран и Россия всё больше сближаются. Тегеран обеспечивает решающую стратегическую глубину присутствия Москвы в Юго-Западной Азии. А Москва недвусмысленно поддерживает СВПД. Москва-Тегеран идут одним путём стратегического партнёрства, как и Москва и Пекин, отличается только название.
По словам российского министра энергетики Александра Новака, соглашений между Москвой и Тегераном 2014 года «нефть в обмен на товары» в обход доллара США наконец-то действует, причем Россия первоначально покупала 100 000 баррелей сырой иранской нефти ежедневно.
Россия и Иран тесно координируют свою энергетическую политику. Подписано шесть соглашений по сотрудничеству в области стратегических энергетических договоренностей стоимостью до $30 миллиардов. По слова помощника президента Путина Юрия Ушакова российские инвестиции в развитие нефтяных и газовых месторождений Ирана могут достичь показателя в более чем $50 миллиардов.
Иран станет официальным членом возглавляемого Россией ЕАЭС ещё до конца года. И при солидной российской поддержке Иран будет принят полноправным членом ШОС к 2019 году.

Иран виновен потому, что мы так говорим

А теперь сравните это с политикой администрации Трампа по Ирану.
Едва успев получить назначение на пост Госсекретаря, Майк Помпео в первой же поездке за рубеж — в Саудовскую Аравию и Израиль — кратко проинформировал обоих союзников о неизбежном выходе Трампа из СВПД 12 мая. Соответственно, это подразумевает новый серьёзный пакет американских санкций.
Эр-Рияд — через любимого внутри Кольцевой наследного принца Мохамеда бин Салмана (МБС) — будет целиком и полностью на анти-иранской стороне. Параллельно администрация Трампа может этого потребовать — но МБС не откажется прекратить провальную блокаду Катара или гуманитарное бедствие, то есть войну против Йемена.
Что очевидно: не будет никакого общего фронта Совета по Сотрудничеству стран Персидского залива против Ирана. Катар, Оман и Кувейт считают это контрпродуктивным. Остаются лишь Саудовская Аравия плюс маловажный слегка замаскированный вассал саудовцев — Бахрейн.
На европейском фронте президент Франции Эммануэль Макрон выступил в роли неофициального «Короля Европы», представляясь Трампу вероятным проводником ограничений в отношении программы баллистических ракет Ирана, одновременно указывая Ирану держаться подальше от Сирии, Ирака и Йемена.
Макрон провёл прямую — и явно абсурдную — связь между отказом Тегерана от программы обогащения урана, включая и уничтожение запасов урана, обогащённого свыше 20%, и его «заслуживающей порицания» помощью Багдаду и Дамаску при нанесении поражения Даиш* и другим салафито-джихадистским группировкам.
Неудивительно, что Тегеран — равно как Москва и Пекин — связывают недавнюю крупную оружейную сделку США с Эр-Риядом, как и щедрые вложения МБС на Западе, с попыткой Вашингтона и Парижа пересмотреть СВПД.
Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков был непреклонен: СВПД был результатом активных многолетних переговоров семи стран: «Вопрос в том, будет ли возможным повторить подобную успешную работу в нынешней ситуации?».

Определённо нет

Отсюда широко распространённые подозрения в Москве, Пекине даже Брюсселе, что СВПД раздражает Трампа, поскольку представляет собой по сути многостороннее соглашение, заключённое при непосредственном участии администрации Обамы, и не вписывается в концепцию «Америка превыше всего».
Разворот администрации Обамы к Азии — который зависел от решения по иранскому ядерному досье — привёл к началу внушительной, непредусмотренной цепи геополитических событий.
Фракция неоконов в Вашингтоне никогда не соглашалась с нормализацией отношений Ирана с Западом; и всё же Иран не только ведёт дела с Европой, но сблизился и с евразийскими партнёрами.
Искусственное раздувание кризиса с Северной Кореей в попытке поймать Пекин в ловушку привело к саммиту Ким-Мун, оконфузив толпу желающих «бомбить КНДР».
Не стоит и упоминать, что КНДР перед саммитом Ким-Трамп тщательно мониторит всё происходящее с СВПД.
Итог таков, что партнёрство России и Китая не позволит пересмотреть СВПД по ряду весомых причин.
На фронте проблемы баллистических ракет приоритетом Москвы будет продажа Тегерану ракетных систем С-300 и С-400 без санкций.
Россия и Китай могут в итоге согласиться с продлением 10-летних лимитирующих положений СВПД, хотя и не намерены принуждать Тегеран их принимать.
На сирийском фронте Дамаск считается незаменимым союзников и Москвы, и Пекина. Китай будет инвестировать в восстановление Сирии и её возрождению, как ключевого для Инициативы Юго-Западно азиатского узла. Политика «Асад должен уйти» не имеет никаких шансов, Россия и Китай считают Дамаск весьма значимым для борьбы против всевозможных салафито-джихадистских группировок, которые могут испытывать соблазн вернуться и развернуть хаос в Чечне и Синьцзяне.
Неделю назад на встрече министров ШОС Россий и Китай выпустили совместное коммюнике в поддержку СВПД. Администрация Трампа выбирает очередную борьбу против самих опор евразийской интеграции.
Примечание:
* — Организация, запрещённая в РФ.


Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

431
Похожие новости
16 июля 2018, 23:00
14 июля 2018, 13:15
14 июля 2018, 18:45
14 июля 2018, 16:00
17 июля 2018, 12:45
14 июля 2018, 13:15
Загрузка...
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
15 июля 2018, 03:30
17 июля 2018, 02:15
14 июля 2018, 16:00
13 июля 2018, 18:30
13 июля 2018, 07:30
14 июля 2018, 18:45
16 июля 2018, 18:00