Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

Европа и беженцы: "потоп" или истерика? Битва за "нерезиновую" Европу

Ярослав Шимов - кандидат исторических наук, историк, журналист, редактор отдела информации Радио «Свобода».

Александр Гостев - редактор информационной службы Радио Свобода, международный обозреватель, автор и редактор рубрики "Атлас мира".

Резюме: Европейские политики спорят, кто должен помогать многим тысячам мигрантов из стран Ближнего Востока и Африки, бегущим в ЕС

Беженцы в Венгрии отказываются покинуть поезд, на котором они рассчитывали уехать в Германию. Тысячи мигрантов пытаются преодолеть заграждения, построенные венгерскими властями на южной границе страны. Мир ужасается фотографии мертвого трехлетнего сирийского мальчика, чье тело выброшено морем на берег у турецкого города Бодрум, – ребенок был одним из мигрантов, которым так и не удалось доплыть до Европы. О резком увеличении притока беженцев говорят уже не только пограничные страны Евросоюза, такие как Греция (23 тысячи новоприбывших только за последнюю неделю) или Италия, но и лежащие в глубине Европы – Австрия, Словакия, Чехия. Сообщения о "мигрантском кризисе" в ЕС звучат почти панически. Насколько тревожна картина на самом деле?

Тело трехлетнего мальчика Айлана Курди, родившегося в ставшем эпицентром жестоких боев сирийском городе Кобани, населенном в основном курдами, турецкие спасатели обнаружили на берегу Эгейского моря возле известного курорта Бодрум. Фотография мертвого ребенка крупным планом обошла СМИ всего мира, вызвав шквал эмоций и обвинений в адрес властей развитых стран – в бесчувственности и нежелании помочь спасающим свою жизнь людям. Одновременно с Айланом погибли еще 11 беженцев из Сирии, в том числе четыре маленьких ребенка.

Турецкий полицейский с телом маленького Айлана Курди. 3 сентября

Отец утонувшего мальчика Абдулла Курди вышел из турецкого морга, где он опознал тела всей своей семьи (вместе с Айланом погибли его пятилетний брат и их мать, 35-летняя Рехан), в слезах. Он рассказал журналистам, что в июне этого года властями Канады его семье было отказано в предоставлении убежища. В эту страну семья Курди хотела перебраться, так как в Ванкувере живет сестра Абдуллы. Потом они дважды отдавали все собранные ими деньги контрабандистам людьми, пытаясь попасть в Европу, но их все время обманывали. В конце концов, по словам Абдуллы Курди, они на свой страх и риск, вместе с группой соотечественников, решили сесть в лодку, отправившись к берегам Греции, но в дороге она стала протекать и из-за начавшейся паники люди сами перевернули ее:

– Я держал свою жену за руку до последнего. Волна вырвала моих детей у меня из рук. Все страшно кричали в полной тьме. И моя семья не услышала в последний момент мой голос. Я хочу, чтобы об этом сейчас узнал весь мир.

3 сентября власти Канады сообщили, что после случившегося готовы предоставить Абдулле Курди сразу гражданство, однако он отказался от него. Сейчас он намерен попытаться перевезти тела своих детей и жены в Стамбул, чтобы потом отправить их обратно в Сирию и самому похоронить на родине, в Кобани.

Абдулла Курди, выходящий из морга. 3 сентября

Верховный представитель ЕС по внешней политике Федерика Могерини в четверг объявила о начале второго этапа операции против контрабандистов людьми, незаконно перевозящих по Средиземному морю беженцев из стран Ближнего Востока и Северной Африки. По словам Могерини, планируется начать захватывать суда контрабандистов, основываясь на имеющихся разведданных. Выступая в четверг перед совещанием министров обороны стран ЕС в Брюсселе, Могерини сообщила, что за месяц с начала операции удалось спасти полторы тысячи мигрантов, подчеркнув, что это и есть самая главная задача Евросоюза.

Британский премьер-министр Дэвид Кэмерон, выразив глубокое волнение в связи с потрясшей мир гибелью мальчика Айлана Курди, заявил, тем не менее, что его страна не уступит международному давлению и не примет дополнительное количество беженцев. В Венгрии в тот же день полиция остановила поезд, следовавший в Австрию с более чем двумя тысячами мигрантов, и попыталась высадить их в городе Бичке, где существует центр содержания их под стражей. Эвакуация до сих пор не завершена. После двух дней, проведенных около будапештского вокзала Келети, закрытого для нелегальных мигрантов, им разрешили в четверг выехать в западном направлении.

До сих пор для объединенной Европы, столкнувшейся с массовым наплывом беженцев с Ближнего Востока и из Африки, рекордным был июль этого года, когда внешние границы ЕС пересекли 107 тысяч человек, заявляющих, что бегут от войн и неурядиц на родине и просят убежища в Европе. Данных за август еще нет, но нет сомнений в том, что июльский рекорд будет намного превзойден. По прогнозам министерства внутренних дел Германии, в 2015 году только в этой стране будет подано не менее 800 тысяч прошений о предоставлении убежища. Для сравнения: в 2014-м эта цифра составляла 660 тысяч – для всего Европейского союза.

Директор пражского Центра помощи беженцам Мартин Розумек, однако, напоминает, что нынешний мигрантский "потоп" – в действительности лишь небольшая часть огромной волны, поднятой переворотами и войнами последних лет на Ближнем Востоке и в Северной Африке. И окрестные страны приняли у себя куда большую часть беженцев, чем Европа:

– В Иордании, где находятся 1,2 миллиона беженцев из Сирии, или в Турции, где их 1,8 миллиона, над европейскими спорами о том, что делать с несколькими десятками тысяч человек, могут только посмеяться. Но я не могу не признать, что для Италии, Греции или Венгрии ситуация приобретает очень тревожный характер. Растет поток беженцев, прибывающих в Германию и Швецию, – это наиболее популярные среди них пункты конечного назначения в континентальной Европе. Нынешний прилив мигрантов в Центральную Европу начался с того, что итальянцы стали беспрепятственно пропускать часть этих людей дальше, а греки откровенно не справляются с ситуацией. Для Венгрии 60 тысяч уже подавших прошение об убежище в этом году – это тоже очень много. Дублинское соглашение перекладывает большую часть ответственности за мигрантов на ту страну ЕС, куда они прибывают изначально. Отсюда – контрабанда людей внутри Европы, при которой гибнет множество беженцев.

Венгерская полиция перехватывает нелегальных мигрантов. 3 сентября

По мнению Мартина Розумека, основой новой европейской миграционной политики могла бы стать легализация самого прибытия мигрантов в Европу. Это значит, что, если люди бегут из мест, где в разгаре война или правит диктатор, они могли бы иметь законное право подать заявление о праве на временное пребывание в той или иной стране ЕС. Это будет означать, что основания для нелегального бизнеса по перевозке мигрантов исчезнут. Тем самым было бы ослаблено давление, которое сейчас испытывают страны Южной и Юго-Восточной Европы, полагает директор чешского Центра помощи беженцам. Он отмечает также, что "Европа принимает всех" – это ложь, точнее, опасный стереотип. Так, в прошлом году заявления 55% тех, кто хотел получить убежище в странах ЕС, были отклонены, так как эти люди были не беженцами, а экономическими мигрантами. Разделение этих двух категорий – одна из главных задач властей Германии и всего ЕС, считает министр правительства земли Бавария по европейским вопросам Беате Мерк:

– Я должна ясно заявить: те мигранты, кто не находится в ситуации, угрожающей их жизни, и не имеют права на пребывание в Германии, будут очень быстро высылаться обратно. Мы хотим и должны помочь людям из охваченных войной стран, таких как Сирия или Ирак. Но мы должны сказать людям, которые едут к нам лишь для того, чтобы улучшить свое материальное положение: вам мы помочь не можем. Эти люди поедут обратно, домой, – сказала баварский министр.

Европейские СМИ отмечают, что опасность нынешнего мигрантского кризиса в том, что он начинает приобретать характер эпидемии. В путь засобирались не только сирийские или иракские граждане, но и, к примеру, часть обитателей лагерей палестинских беженцев в Ливане, которые существуют уже десятилетия и где сейчас не наблюдается особого обострения обстановки. Вот что рассказала репортеру агентства Reuters жительница одного из таких лагерей, 35-летняя мать двоих детей Манал ан-Наджи:

– Мы договорились, что уедем, целой группой. Но потом я была вынуждена остаться, потому что не смогла собрать достаточно денег, чтобы заплатить за переправу. Я надеялась до последнего момента. План был такой: добраться до Турции, оттуда – в Грецию и дальше, через одну страну за другой, до Германии. Я знаю, что это опасно, у меня двое детей, старшему всего четыре года. Многие тонут, я знаю об этом. Но нас это не останавливает, – говорит палестинка, живущая в Ливане.

Что ждет этих людей в Европе? Вероятно, иллюзии многих из них о благополучной жизни в мирных, зажиточных и гостеприимных странах быстро развеются. Настроение в государствах ЕС – прежде всего в тех, которые до сих пор не сталкивались со сколь-нибудь значительным притоком беженцев, – быстро портится. Реальные проблемы, связанные с ростом числа мигрантов, с одной стороны, предрассудки и недостаток информации – с другой, формируют враждебное отношение к беженцам в Центральной Европе. Ситуацию в интервью Радио Свобода анализирует доцент факультета общественных наук Карлова университета (Прага), политолог-востоковед Эмиль Сулейманов:

Венгерская полиция перехватывает нелегальных мигрантов. 3 сентября

– В таких странах, как Венгрия, Словакия, Чехия, живет мало мусульман с Ближнего Востока, с которыми в первую очередь ассоциируется приход мигрантов в последние месяцы. Здесь привыкли судить о мусульманах по сообщениям СМИ, по таким событиям, как нападение на редакцию Charlie Hebdo или зверства группировки "Исламское государство" в Сирии и Ираке. Между всем этим и обычными мусульманами, в том числе мигрантами, ставится знак равенства. В то же время в Германии, Швеции и других западноевропейских странах люди имеют более дифференцированное представление о мусульманах как о конкретных людях, живущих рядом с ними. Условно говоря: вот Ахмед, он хороший парень, торгует овощами, а вот его сосед Мохаммед какой-то странный, ходит в сомнительную мечеть с радикальным имамом, он нам не нравится… В восточной части ЕС мигранты с Ближнего Востока воспринимаются как какое-то нарицательное понятие, связанное с угрозой терроризма. Многие также думают, что мигранты едут исключительно для того, чтобы жить за счет социальных пособий, опасаются, что они не будут работать.

– То есть в Европе чем дальше на восток, тем сильнее ксенофобия?

– Причем чем регион беднее, тем сильнее эти настроения. Скажем, в восточных землях Германии, в бывшей ГДР, несмотря на то что турецкая и другие мусульманские общины там куда менее крупные, чем в западной части страны, уровень ксенофобии и популярность праворадикальных партий и группировок значительно выше. Хотя, конечно, отношение к мусульманам неоднозначное сейчас по всей Европе, но все же на Западе меньше людей склонны считать их априори если не террористами, то иждивенцами. Есть понимание того, что люди разные. В то же время нельзя и всех огульно записывать в ксенофобы: в той же Чехии, когда лет 15-20 назад сюда переселились несколько тысяч человек из Боснии и Косова, где тогда шла война, отношение к этому было спокойное. Или взять, к примеру, казахов – у нас в последнее время растет число студентов и других выходцев из Казахстана. Отношение к ним вполне приветливое даже среди тех, кто знает о религиозной идентичности казахов, о том, что это преимущественно мусульманская страна. Скорее можно говорить об арабофобии, поскольку именно арабы воспринимаются массовым сознанием как носители ислама, особенно в его радикальной версии.

– Квоты, согласно которым мигрантов могут начать распределять между странами ЕС, – это приемлемый механизм решения проблемы? Ведь не секрет, что большинство беженцев стремится во вполне конкретные страны, в основном в Германию, Великобританию, Швецию…


Спасенные в Средиземном море мигранты из Африки высаживаются на берег с итальянского военного корабля

– Мне не кажется нормальным этот механизм, потому что это диктовка "сверху", из Брюсселя, она многими будет восприниматься в штыки, особенно здесь, в Центральной Европе. Да и, думаю, сами мигранты будут стремиться уехать из относительно небогатых стран, где и на работу устроиться сложнее, и, как я уже сказал, уровень ксенофобии выше. Строить свою жизнь в Германии мигранту все-таки проще, чем, скажем, в Словакии. Боюсь, квоты – это не решение проблемы, – считает политолог-востоковед из Карлова университета (Прага) Эмиль Сулейманов.

Об эффективных решениях европейские политики пытаются договориться как можно скорее. 14 сентября ситуацию с мигрантами обсудят в Брюсселе министры внутренних дел и юстиции всех 28 стран ЕС. Единства пока нет. С одной стороны, Германия, Франция и Италия настаивают на единой европейской миграционной политике, поддерживая, в частности, механизм квот, о котором шла речь выше. С другой – страны Центральной Европы, а также Великобритания активно против. Канцелярия французского президента Франсуа Олланда 3 сентября сообщила, что в ближайшее время Франция и Германия выступят с совместными предложениями по вопросу о "справедливом распределении" беженцев между европейскими странами. "Европейский союз должен действовать решительно и в соответствии со своими ценностями. Эти люди, мужчины, женщины и дети, бегут от войны и преследований. Они нуждаются в международной защите", – отмечается в заявлении президента Франции. Канцлер ФРГ Ангела Меркель выразила в тот же день свою полную поддержку этого мнения Олланда, добавив: "Это бремя мы должны нести сообща. Именно здесь должен проявиться основной принцип общеевропейской солидарности".

О том, насколько трудно будет достичь договоренности, свидетельствуют переговоры, прошедшие в четверг в Брюсселе между премьер-министром Венгрии Виктором Орбаном и руководством ЕС. Возведение стены на границе Венгрии и Сербии не нашло понимания в европейских верхах – как и подход Орбана к мигрантскому кризису в первую очередь как к проблеме Германии:

Виктор Орбан (слева) и Мартин Шульц (справа) на совместной пресс-конференции в Брюсселе. 3 сентября

– Это не европейская проблема. Это немецкая проблема. Никто из этих людей не хочет оставаться в Венгрии, равно как в Польше, Словакии или Эстонии. Все хотят ехать в Германию. Так что наша задача – только зарегистрировать их. Это исполнение закона. Но мы не должны создавать иллюзий, не должны говорить этим людям: пожалуйста, приезжайте. Морально и ответственно, наоборот, дать им понять – пожалуйста, не приезжайте. Зачем вам ехать из Турции в Европу? Турция – безопасная страна. Оставайтесь там, не пускайтесь в рискованный путь.

Венгерскому премьеру возразил председатель Европарламента Мартин Шульц:

– Сказать, что, мол, у нас сейчас беженцы по всей Европе, но все они хотят в Германию, так что нас это не касается, – это эффектно, но неверно. Думаю, нам нужно честное распределение. Вот цифры. В сумме в 28 странах ЕС живут 507 миллионов человек. Разделить полмиллиона беженцев между полумиллиардом европейцев – не проблема. Сконцентрировать всех беженцев в какой-то конкретной стране – это проблема, – считает глава Европарламента.

Тем временем премьер-министр Турции Ахмет Давутоглу выступил с лаконичным заявлением. "Турция будет держать свои двери открытыми для беженцев, как она делала это до сих пор", – говорится в нем. Ранее в четверг президент Турции Реджеп Эрдоган призвал развитые страны отнестись к мигрантам более гуманно. А знаменитый на Ближнем Востоке египетский миллиардер греческого происхождения Нагиб Савирис 3 сентября предложил купить на свои деньги для беженцев остров в Греции или Италии. После покупки он намерен объявить о его независимости и создании на нем нового государства для мигрантов.

Радио Свобода



Мария Лопатто - внештатный корреспондент Радио Свобода в Венгрии.

Ярослав Шимов - кандидат исторических наук, историк, журналист, редактор отдела информации Радио «Свобода».

Резюме: Все больше людей при сообщениях о притоке мигрантов охватывают чувства страха, неприязни и откровенной ксенофобии.

"Боже, 71 мертвый на шоссе в Австрии... Мы должны плакать? Я не скорблю, мне их не жалко. Совсем! Это быдло, грязь, им нечего здесь делать. Те, кто им помогает, пусть лучше возьмут их к себе домой, даром, и содержат их, раз они такие ангелы щедрости и добрые самаритяне! А я ни этой стране, ни Европе "почернеть" не позволю!" Так отреагировал в своем фейсбуке на недавнюю трагедию в Австрии, где в автофургоне были найдены трупы десятков мигрантов с Ближнего Востока, чешский политик, член Христианско-демократической унии Даниэль Календа. Через пару дней решением руководства партии он был из нее исключен, сама ХДУ принесла извинения за его высказывания.

Это, конечно, крайний пример острых общественных реакций, которые вызвал в странах Евросоюза нынешний мигрантский кризис. Масштабы его непрерывно растут: только в июле границы Евросоюза пересекли, по официальным данным, более 107 тысяч человек, ищущих убежища. Основных потоков сейчас несколько: из Алжира и Ливии через Средиземное море в Италию и Испанию, а также два балканских, ведущих либо опять-таки по морю, либо из Турции в Грецию и далее через Македонию и Сербию – в страны ЕС. Прилив мигрантов растет настолько быстро, что власти приграничных стран Евросоюза, не говоря уже об их балканских соседях, явно не справляются с проблемой. Основную массу беженцев составляют граждане Сирии, Ливии, Ирака и Афганистана – стран, где идут вооруженные конфликты, результатом которых в ряде случаев – самый яркий пример здесь Ливия – стал почти полный крах государственности и сколько-нибудь нормальной жизни.

Между тем, согласно действующему в Евросоюзе Дублинскому соглашению, ответственность за мигрантов несут главным образом те страны, на чью территорию эти люди прибыли изначально, вне зависимости от конечной цели своего пути. Это пограничные, не самые богатые члены ЕС: Италия, Греция и Венгрия нынче и с собственными-то социально-экономическими проблемами справляются с трудом. Денег, выделяемых Брюсселем на организацию лагерей временного содержания, оказание первой помощи, оформление документов, выплату пособий и т. п., в связи с растущим потоком мигрантов катастрофически не хватает. Например, по словам представителей венгерского правительства, в этом году на решение проблем, связанных с мигрантами, Венгрия потратила около 115 миллионов евро, а получила почти в два раза меньше: только 61 миллион. При этом сами мигранты совсем не стремятся оседать в таких странах, как Венгрия, Греция, Чехия или Италия: большинство хочет добраться до Германии, Великобритании или Швеции, где, по мнению беженцев, живется лучше, а главное – там уже есть крупные мигрантские общины, там зачастую давно живут родственники или друзья новоприбывших.

Мигранты на границе Греции и Македонии

31 августа сотни таких мигрантов на будапештском вокзале брали штурмом поезда, следующие в Мюнхен, Берлин и Вену. Полиция сдерживала напор людей, позволяя сесть на поезд только тем, у кого были в порядке документы и оплачен билет. 35-летний сириец по имени Сами сказал корреспонденту Reuters, что счастлив уехать из Венгрии: "За 120 евро мы купили билеты в Мюнхен. Это практически последние наши деньги. Шесть дней мы с двумя сыновьями спали здесь на вокзале на полу, как собаки. Но это уже позади, мы едем в Мюнхен, там живет моя сестра". Правда, на следующий день полиция вытеснила тех, кто не смог уехать, с территории вокзала, что вызвало протесты мигрантов.

Власти тех стран, которые в первую очередь затронул прилив мигрантов, обеспокоены расцветом контрабанды людей – нелегального бизнеса, который то и дело приводит к массовой гибели беженцев. Всего через пару дней после того, как на одном из австрийских шоссе был найден фургон с семью десятками трупов задохнувшихся мигрантов, полиция этой страны остановила другую машину – там находились 26 нелегалов, в том числе трое детей, состояние которых было критическим: они оставались без воды так долго, что впали в кому. Однако на следующий день после того, как этих детей и их родителей доставили в больницу близлежащего городка, беженцы исчезли. Их поиск пока ни к чему не привел – в отличие от розыска "проводников": в связи с первой трагедией арестованы пять человек (граждане Болгарии и Афганистана), со вторым происшествием – двое (выходцы из Румынии и Венгрии).

Власти европейских стран успокаивают встревоженных граждан. Премьер-министр Франции Мануэль Валльс посетил лагерь беженцев в Кале на севере страны (оттуда мигранты почти каждый день пытаются прорваться в Британию, в том числе пешком через железнодорожный Евротоннель). Он заявил: "Европа готовит тщательные и продуманные решения, рассчитанные на то, что необходимо в первую очередь: принятие беженцев, обеспечение гуманитарной помощи и жесткие меры по отношению к контрабандистам. А также к нелегальной иммиграции, которую не следует путать с правом на убежище. В общем, мы должны найти решения, приемлемые для всех".

Эти слова, однако, успокаивают немногих в Европе. Все больше людей при сообщениях о притоке мигрантов охватывают чувства страха, неприязни и откровенной ксенофобии, чем вовсю пользуются радикальные, а порой и "умеренные" политики. Так, президент Чехии Милош Земан фактически совпал во мнении с процитированным выше Даниэлем Календой, посоветовав авторам недавнего открытого письма чешских ученых с осуждением ксенофобии "лично взять к себе домой по беженцу". А премьер-министр Словакии Роберт Фицо предупредил о том, что вместе с новыми мигрантами в Европу может прийти и терроризм. Впрочем, далеко не все европейцы враждебно настроены по отношению к беженцам. 31 августа на улицы Вены вышли 20 тысяч демонстрантов, выражавших поддержку мигрантам и требовавших остановить "смертельный бизнес" – контрабанду людей. Парой дней раньше такая же демонстрация состоялась в Дрездене.

Тем не менее страны Центральной и Восточной Европы куда более скептично и встревоженно относятся к нынешней ситуации, чем их западные соседи, делающие упор на солидарности и помощи попавшим в беду как на основных европейских ценностях. Пока, надо заметить, к сколько-нибудь заметным вспышкам преступности, эпидемий и прочих явлений, которых боятся многие европейцы, приток мигрантов не привел. Но отгородиться от незваных гостей – вне зависимости от того, какие причины движут последними, – Европа пытается уже и в буквальном смысле. Так, Венгрия заканчивает строительство заграждений на границе с Сербией, а с 1 сентября посылает подкрепления в приграничные районы: помогать работающим на границе Евросоюза венгерским полицейским будут бригады курсантов полицейских училищ. В конце недели правительство планирует ужесточить те параграфы уголовного кодекса, которые касаются нелегального перехода границы.

Венгрия – Сербия: возведение пограничных заграждений

Венгерская полиция регулярно задерживает автомобили, до отказа набитые мигрантами. Венгерские власти делают все возможное, чтобы остановить беженцев уже на границе, но пока ни реальные, ни словесные "заборы" не помогли Венгрии оградить себя от растущего потока переселенцев из стран Ближнего Востока и Северной Африки. При этом в риторике властей миграционная проблема все чаще звучит как "угроза христианской Европе".

На прошлой неделе был побит рекорд: за одни сутки 26 августа полиция Венгрии зарегистрировала 3241 нелегала. На сайте police.hu можно проследить, как рос поток мигрантов с начала этого года. В феврале венгерская полиция отчитывалась о полутора тысячах беженцев ежедневно, а в августе суточный рекорд уже превысил три тысячи человек. Венгрия оказалась не подготовлена к такому повороту событий, читаем в репортаже журналиста информационного портала "Индекс" Гергея Нилаша, который на один день надел на себя маску беженца из Киргизии. Он нелегально перешел через венгерско-сербскую границу, был схвачен местными стражами порядка и прошел все мытарства обычного беженца в Венгрии. Журналист удивлен неагрессивной атмосферой палаточных лагерей, но однозначно подмечает отсутствие элементарной инфраструктуры: в местах ночевки часто нет кроватей, люди спят на земле, и явно не хватает переводчиков, которые упростили бы общение венгерских чиновников с мигрантами. Очевидно, условия не улучшают, чтобы беженцы "не расслаблялись" и не хотели остаться, подытоживает журналист. С этим мнением согласен и профессор Будапештского и Центральноевропейского университетов, специалист по международному праву Болдижар Надь:

– Конечно, Венгрия строит из себя грозного врага мигрантов, чтобы сюда не ехали. Я вижу еще более страшную тенденцию: правительство хочет затягивать гайки до тех пор, пока ситуация не выйдет из-под контроля. Сейчас эти люди терпят, но когда их терпение лопнет, они начнут делать недопустимые вещи: подожгут одеяла, на которых спят, или разобьют пару окон. И тогда правительство укажет на них пальцем и скажет: вот, видите, это гангстеры и хулиганы, а не беженцы.

Приближаясь к венгерской границе, беженцы часто выбрасывают свои паспорта и другие документы: так при регистрации можно "откорректировать" свои данные в нужную сторону – система, как правило, более снисходительна к беженцам из зон военных конфликтов. К тому же на днях в Германии приняли решение безоговорочно принимать беженцев из Сирии, пишет немецкий журнал "Шпигель". Но на деле ситуация не так проста, комментирует Болдижар Надь:

– Большинство мигрантов прибывает без документов, они их выбрасывают или уничтожают, чтобы нельзя было выяснить, каким путем они пришли. Кто-то – потому, что пришел из "неопасной" страны, а кто-то – потому, что пользовался услугами контрабандистов, и эту информацию он хочет скрыть. Если у мигранта нет документов, то определяющим будет то, что он скажет на регистрации. Но как проверить, говорит ли он правду? Можно проверить языковыми тестами: на каком именно языке и насколько бегло он говорит. Но если выясняется, что он соврал, то как выяснить, кто он на самом деле и откуда пришел? На этот вопрос у Евросоюза ответа нет.

Оставаться в Венгрии мигранты не хотят. По статистике министерства внутренних дел, из 67 тысяч беженцев, зарегистрированных за первое полугодие этого года, более 42 тысяч исчезли в неизвестном направлении, не дождавшись получения статуса беженца в Венгрии. Почти две трети бегут дальше – обычно в Германию или Австрию. Однако пока идет проверка документов, мигранты вынуждены оседать в "транзитной" Венгрии.

Мигранты преодолевают заграждения на границе Венгрии и Сербии

Даже не слишком интересующийся политикой венгр не мог не заметить изменившуюся за последний месяц картину Будапешта: мигранты размещаются в палаточных лагерях на городских вокзалах и площадях, толпами бродят по городу. Согласно последнему исследованию центра "Републикон", четверть венгерского населения так или иначе сталкивалась с проблемой мигрантов, а 56 процентов опрошенных считают их реальной угрозой для Венгрии. По мнению политолога Золтана Лакнера, это более связано с "антимиграционной правительственной пропагандой", чем с реальной картиной. Сторонники венгерского премьера Виктора Орбана не устают повторять об угрозе "христианской Европе", которую они видят в лице мигрантов с Востока. В минувшую субботу венгерские военные закончили строительство заграждения на границе с Сербией. Инициатива правительства Орбана, которую осудили на европейской арене и даже называли "новой Берлинской стеной", переросла в масштабную акцию: за сооружениями из колючей проволоки скоро последует плотный забор высотой четыре метра вдоль границы с Сербией. До сих пор ограды принесли мало пользы: со времени начала строительства поток мигрантов постоянно рос. Комментирует профессор Болдижар Надь:

– Если вы меня спросите, сможет ли правительство достичь своих целей с помощью забора, то я не смогу вам ответить, потому что правительство говорит противоположные вещи. С одной стороны, они утверждают, что не хотят закрывать дверь для беженцев. С другой – что надо остановить поток нелегальной миграции. Если мы делим беженцев на "настоящих" и "ненастоящих", то забор только усложняет всю процедуру. Настоящим он мешает пройти через границу, а для ненастоящих он по-прежнему не будет преградой. Цель правительства – разделить мигрантов и принимать только "настоящих" беженцев, которым на родине угрожает реальная опасность, – может быть достигнута только с помощью усовершенствования процедуры рассмотрения заявок на получение статуса беженца.

Надо понимать, из какого пункта мы исходим. Если нам важно, чтобы не приезжали мигранты, а они хотят приезжать, то начнется борьба. Она будет продолжаться до тех пор, пока мы не дадим им возможность легально вступить на нашу территорию. На греко-македонской и македонско-сербской границах расцветала контрабанда людей до тех пор, пока Греция и Македония пытались закрыть свои границы. Когда они границу открыли, потребность в контрабандистах исчезла, – считает Болдижар Надь.

Лагерь временного содержания мигрантов в Кале (Франция)

Помимо вполне конкретного забора, правительство готовит мигрантам и юридические преграды. На внеочередном заседании парламента в конце недели планируется внести изменения в уголовный кодекс. Вице-президент Комиссии по национальной безопасности Силард Немет пообещал более строгое наказание за контрабанду людей, а также признание преступлением порчи пограничного заграждения.

Проблема давно приобрела общеевропейский масштаб. На 14 сентября в Брюсселе назначено совещание министров внутренних дел и юстиции стран ЕС, которые должны выработать рекомендации относительно того, как действовать дальше: ведь, похоже, нынешний мигрантский кризис – явление долговременное. По словам премьер-министра Италии Маттео Ренци, "все это может занять месяцы, но в итоге мы должны получить единую европейскую политику в вопросе о беженцах, а не множество политик отдельных стран, как сейчас". Некоторые оптимисты даже считают, что мигрантский кризис позволит Европе стать более единой. Впрочем, оптимистов в нынешней ситуации немного – и чем дальше, тем меньше.

Тем временем в Европейском парламенте провели необычную памятную акцию, выложив в холле здания огромный список с именами 17 306 человек, погибших за последние месяцы в Средиземном море при попытке добраться до европейских берегов.

Радио Свобода

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

4135
Похожие новости
17 августа 2017, 21:00
18 августа 2017, 07:32
19 августа 2017, 08:30
18 августа 2017, 17:30
18 августа 2017, 10:00
18 августа 2017, 07:33
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
17 августа 2017, 11:15
18 августа 2017, 10:00
15 августа 2017, 17:00
16 августа 2017, 05:30
16 августа 2017, 10:15
16 августа 2017, 15:32
18 августа 2017, 07:33