Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

Германия и Польша сближаются на антироссийской основе

7 февраля 2017 года завершился официальный визит в Польшу канцлера Германии Ангелы Меркель. До сего дня главной проблемой германо-польских отношений было попрание «ценностей ЕС» пришедшей в Польше к власти осенью 2015 года правоконсервативной и националистической партией «Право и справедливость» (PiS). К проблемам разногласий с ЕС по национальной внутренней политике режим PiS подключил еще и евросоюзные споры, когда стал противодействовать миграционной политике ЕС и конкретно — канцлеру Германии Меркель с ее проектом приема мигрантов государствами-членами по квотам. Более того, руководимая PiS Польша стала центром притяжения региональной прибалто-вышеградской фронды против миграционной политики Берлина и Брюсселя осенью 2015 года. Новый польский премьер Беата Шидло публично обвинила Меркель в том, что та своей политикой приема беженцев сделала Европу неустойчивой. Другой скользкий момент — и после Brexit Польша, руководимая PiS, по существу выдвигает проект реформирования Евросоюза, аналогичный тому, что предлагал Дэвид Кэмерон из Великобритании в период до Brexit-a. Возникают законные опасения, не будет ли Польша дрейфовать к выходу в случае, если ее требования реформы по децентрализации ЕС не будут удовлетворены. Варшава желает внести в базовый европейский договор нормы, направленные на усиление полномочий национальных государств и на ослабление полномочий наднациональных органов Евросоюза. Польша Качиньского и Германия Меркель и, условно говоря, ее соперника на будущих выборах от СДПГ — Шульца, противоположным образом смотрят на перспективы европейской интеграции. В Варшаве полагают, что децентрализация ЕС усилит позиции Польши в объединении. В Берлине, наоборот, думают, что еще более тесная интеграция ЕС — в интересах Германии. Другая особенность расхождений — после 2012 года Польша скептически смотрит на единую валюту евро, предпочитая ей собственный злотый. Германия желает сохранять евро и укреплять его за счет ресурсов всего Евросоюза, а не только одной еврозоны.

Что касается «ценностей», то весь минувший год Берлин и Брюссель пытались воспрепятствовать авторитарным тенденциям в Польше в правление PiS. В январе 2016 года Еврокомиссия начала проверку ситуации в Польше в связи с принятием закона, ограничивающего полномочия Конституционного суда. В декабре 2016 года она же дала Варшаве срок в два месяца для приведения в порядок польской судебной системы. Правда, в ситуации «ценностного» конфликта ЕС с Польшей Берлин явно предпочитал держаться в тени и действовать непрямо, хотя германские СМИ особо и не стеснялись в выражениях в критике политики PiS и персонально ее лидера — Ярослава Качиньского.

Сейчас в польских СМИ визит Меркель рассматривается в качестве вынужденной меры «брака по расчету» между Германией и Польшей. В германских СМИ — как следование канцлера обычным для нее «прагматичным курсом». Хотя в своем комментарии одно из ведущих германских изданий Süddeutsche Zeitung посчитало, что одного прагматизма в отношениях с Польшей недостаточно. Необходимо помнить о «ценностях» и поправлять поляков, хотя прежнее «табу» на сердечные отношения с «консервативными националистами» и отменено.

Теперь после визита Меркель всем к западу от Одера остается гадать, что все-таки будет преобладать в германо-польских отношениях после 7 февраля 2017 года, прагматизм или ценности? Пишущий эти строки полагает, что «прагматизм», помноженный на взаимный «интерес», в том числе, и на востоке от Вислы и Сана. Ведь по большому счету Польша нужна Германии в обстановке ослабления ЕС из-за Brexit и возможных дальнейших потрясений в Евросоюзе, в частности, из-за изменения политики основного партнера Германии — Франции. Для Германии Польша столь же важна на востоке, как и Франция на западе от нее.

Важнейший базис сотрудничества Германии и Польши, их взаимного интереса — это экономика. В 2016 году двусторонний торговый оборот между Польшей и Германией впервые достиг € 100 млрд. В значительной степени подобный размах торговли является достижением в первую очередь собственно Германии, которая передвинула трудоемкие предприятия своих концернов в Польшу с ее более дешевым трудом. Для сравнения германо-российский товарооборот составил в 2016 году около € 30,4 млрд. Поэтому понятно, с кем будет играть Польша и против кого. В свое время Качиньский, будучи в оппозиции, предупреждал об опасности для Варшавы германо-российского «кондоминиума» над Польшей. Старое недоверие к Германии по-прежнему присутствует в Польше, но ненависть к России перевешивает его. Она и становится предпосылкой взаимного сближения режимов Меркель и Качиньского.

Сейчас канцлер впервые с момента прихода к власти PiS в 2015 году посетила Польшу. Официально она прибыла в Варшаву в ответ на прошлогодний визит премьера Беаты Шидло в Берлин. В августе прошлого года Шидло демонстрировала намерение сближения с Германией, когда предлагала немцам: «Мы должны искать темы, которые нас объединяют, а не те, что предлагают нам». О том, что «предлагают нам»… из Берлина, она намеренно не проговаривала.

В Варшаве Меркель встретилась с премьером Шидло и президентом Анджеем Дудой. Однако это было, скорее, чисто протокольной частью ее визита. Гвоздем поездки германского канцлера в Варшаву стала ее личная встреча с лидером PiS Качиньским, которого германские СМИ определяют в качестве нетитулованного действительного правителя Польши. Антиправительственная Gazeta Wyborcza по поводу этого самого главного пункта съязвила, заметив, что визит Меркель показал «всю слабость структуры власти в Варшаве». Перед пресс-конференцией в Варшаве после окончания официальных переговоров польский и немецкий премьер были представлены журналистам, как «Ангела» и «Беата», словно это были две девицы. Ведь «Ангеле» впереди предстояла встреча с главным «карлой» польской политики.

Встреча Меркель с Качиньским, как утверждалось в Берлине, состоялась по инициативе польской стороны. Сам Качиньский уже несколько лет не выезжает за границу ни по личным, ни по рабочим вопросам. С момента прихода к власти PiS он редко принимает иностранных гостей. Сейчас наблюдатели в Германии усмотрели неприятный намек в том, что Качиньский встретился с Меркель в помещении отеля «Бристоль». Качиньский, мол, намекнул германскому канцлеру на возможность следования Польши по пути Brexit вслед за Великобританией, если она и дальше будет критично настроена к режиму польских националистов. Сама Меркель весьма постаралась по части комплиментов полякам, когда в Варшаве рассказала о том, что в свою молодости в бытность ее в ГДР она всегда восхищенно смотрела на Польшу. «Солидарность» сформировала мою жизнь», — призналась Меркель перед встречей с Качиньским.

Очевидно, что во время свидания в «Бристоле» Меркель и Качиньский говорили о стратегических проблемах, но какие-либо детали не известны. В свете подобного вакуума и общей политической скрытности Качиньского важным представляется его интервью, данное накануне визита Меркель в Польшу одному из ведущих германских изданий — Frankfurter Allgemeine Zeitung (FAZ). В интервью Качиньский не ходил обиняком вокруг главных вопросов — политики безопасности Евросоюза, а как говорится, сразу же взял быка за рога. Он заявил: «Я бы приветствовал ядерную сверхдержаву — Европу», и нужно «быть готовым к массовым расходам» в связи с этим. Подобное высказывание заставляет задуматься. После того, как стало ясно, что Великобритания уходит из Евросоюза, за последним в активе остается лишь французский ядерный арсенал. Но эксперты сразу же отмели возможность того, что французы передадут его под чей-то иной контроль. С другой стороны, давно существует подозрение, что «европейское ядерное оружие» является словесным эвфемизмом для «ядерное оружие Германии». В этом свете в связи с высказыванием Качиньского возникает закономерное подозрения, что поляки при удобном повороте событий сами бы не отказались от «польского пальца» на ядерной кнопке. В интервью FAZ Качиньский хотел бы, чтобы ЕС стал сильным в военном отношении, был бы «противовесом» России.

Другой интересный момент интервью Качиньского FAZ — он полагает, что «Наша собственная ядерная энергетика должна быть в состоянии конкурировать с Россией». С одной стороны, из уст Качиньского слышится очевидная ревность к атомному проекту с Россией его друга венгерского премьера Виктора Орбана. Но, с другой стороны, опять непонятно, что подразумевает Качиньский под «нашей» ядерной энергетикой — национальное польское, польско-германское или еще шире — европейское дело. Между тем, развитая ядерная энергетика, кроме Великобритании, в ЕС имеется только у Франции.

Далее в интервью FAZ Качиньский призвал к фундаментальной реформе Европейского союза, видя в ней единственный путь для выживания ЕС. С его точки зрения, ЕС допустил две серьезные ошибки: Лиссабонский договор и кризисную ситуацию с беженцами. Всего-то, здесь заметим мы. Качиньский согласен с высказыванием американского президента Дональда Трампа о том, что из единой Европы пользу добывает исключительно Германия. «Это не здоровая ситуация», — считает Качиньский. «Мы должны укреплять национальные государства и уменьшать полномочия Союза. Мы также должны защитить себя от моноцентризма, от которого Германия выигрывает, а остальные — нет». Качиньский критически высказался в адрес концепции «разноскоростной Европы», с которой ранее выступала Меркель. Массовый прием беженцев стал бы «ликвидацией Христианской цивилизации», его точки зрения.

В нынешней избирательной кампании в Германии Качиньский будет поддерживать Меркель, хотя она, по его словам, и хуже кандидата от СДПГ Мартина Шульца. Но за последним Качиньский несправедливо для Шульца подозревает «склонность» к России. Качиньский не любит Шульца, поскольку, с его точки зрения, «он является левым идеологом, а госпожа Меркель никогда не высказывалась в антипольском духе». Очевидно, что Качиньский не может простить Шульцу, что тот будучи на посту председателя Европейского парламента последний год славно потрудился на паневропейской почве обвинений и угроз в адрес режима PiS в Польше. Качиньский злопамятен и не простит подобного Шульцу.

Однако более решающим для Качиньского кажется то, что «война на Украине изменила ситуацию, и Меркель поддерживает санкции против России. Даже то, что немецкие солдаты посланы на восточный фланг НАТО, является положительным моментом».

Подведем итоги. Brexit сделал нереальным переориентацию внешней политики Польши Качиньского на Великобританию. Потребовались другие решения. С другой стороны, выход Великобритании из ЕС и возможное движение в этом направлении Франции заставляют и Польшу, и Германию искать точки сближения. В этих условиях возможной основой для сотрудничества Германии и Польши становится антироссийская политика ЕС в связи с конфликтом на Украине. За счет потенциала этого конфликта и на фоне Brexit, появления Трампа в США и других угроз единству ЕС, Польша Качиньского и будет пытаться повысить свою роль в Евросоюзе. Меркель прекрасно понимала это, хотя Качиньский и попытался открыто объяснить все это перед ее визитом в Варшаву. Дополнительно антироссийскую направленность визита Меркель в Польшу подчеркнул и одновременный визит в Литву ее министра обороны Урсулы фон дер Ляйен, которая проинспектировала недавно размещенных здесь немецких военных.

Европейская редакция EADaily

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

547
Похожие новости
05 сентября 2017, 23:30
19 сентября 2017, 22:30
05 сентября 2017, 23:30
07 сентября 2017, 18:00
15 сентября 2017, 18:30
14 сентября 2017, 17:30
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
20 сентября 2017, 18:00
18 сентября 2017, 18:30
20 сентября 2017, 10:45
19 сентября 2017, 09:15
18 сентября 2017, 10:30
22 сентября 2017, 00:15
22 сентября 2017, 22:00