Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

Интервью с жителем Киева, взорвавшим офис «правосеков»

Одним из военнопленных, освобожденных в рамках обмена, состоявшегося 27 декабря 2017 года, стал молодой киевлянин Владислав Павлов, которого украинские власти обвиняли в совершении особо резонансного террористического акта – подрыве офиса запрещенной  в РФ организации «Правый Сектор».
Бывший узник рассказал подробности своего дела.
Интервью с жителем Киева, взорвавшим офис «правосеков»
— Представьтесь вкратце
Владислав Павлов, 28 лет. Всю жизнь прожил в Киеве. К политике никогда никакого отношения не имел.
— А почему тогда стал «террористом»?
Всегда интересовался историей. Когда учился на юридическом факультете, много внимания уделял предметам, связанным с историей. Заметил, что информация в учебниках сильно отличается от реальности, да и сами преподаватели — бывшие партийцы, перекрасившиеся. Меня это возмущало.
Во время событий 2004 года был уже старшеклассником, но, тем не менее, понимал, что подъем националистических сил и борьба с советским прошлым — это единая программа по разрушению страны, которая рано или поздно приведет к гражданской войне.
— То есть, в 2014 ты четко понимал, что происходит?
Да, полностью. Как-то из интереса зашел на «майдан» и разговорился о происходящем с людьми там. Мне пытались доказать, что весь этот ад ради «евроассоциации» и «безвиза». Причем говорил это мужчина, изъяснявшийся на украинском языке; явно откуда-то с западной Украины.
Ясно было, «безвиз» он спит и видит, хоть и не знает английского, и явно не стремится познакомиться с европейским культурным наследием. Стало понятно, кто является движущей силой этого движения.
Когда началось кровопролитие, на идеологической почве перестал общаться с большинством друзей. Быстро понял, что пропаганда работает ужасающе эффективно. И переубедить никого не удастся – все внезапно стали экспертами в истории и геополитике.
— В какой момент понял, что надо бороться с неонацистами?
Понял это еще в 2004, но просто не знал, как. В 2014 думал было пойти в ополчение, но решил остаться в городе, потому что не видел там никакого организованного сопротивления, но осознавал необходимость борьбы против экстремистов. В то же время, считал участие в митингах бесполезным и опасным.
— В какой момент решил перейти к решительным действиям?
В конце 2014 года. Очень хотелось выразить свое возмущение разгулом националистических и откровенно фашистских движений в столице Украины, да и во всей стране.
К тому моменту в Киеве прославилась Вита Завируха, вместе с подельниками убившая во время грабежа правоохранителей. «Правосеки» бросили под Радой гранату в солдат-срочников.
Происходили события, по которым было видно, что власть не в состоянии справиться с нацистами. Власть их скорее поощряла, и это возмущало до глубины души.
Даже «майдауны» начали понемногу прозревать (тем более что даже в новостях регулярно говорили о беспределе неонацистов), а я уж точно не мог мириться с таким положением вещей.
В сентябре 2015 года, вместе с еще двумя ребятами – их, к счастью, тоже обменяли, мы подготовили небольшую акцию гражданского протеста. Разведали территорию возле одного из офисов «Правого сектора», продумали пути отхода и прочие детали, раздобыли РГД.
Мы не планировали никого убивать или причинить серьезный ущерб, тем более, что это жилой дом, но хотелось сделать «громкую» заявку. В результате, акция удалась, но сразу после взрыва нас схватили сотрудники СБУ.
Нас явно ждали – за нами, как оказалось впоследствии, давно уже велась слежка. Что характерно, предотвратить взрыв они не пытались. Видимо они, в отличие от нас, были готовы к возможным жертвам.
— В чем вас в итоге обвиняли? Выясняли, когда вас Путин завербовал?
Что мы чуть ли не весь дом собирались взорвать. Спрашивали, когда и где нас вербовало ФСБ, явки, пароли… Естественно, запугивали. «Приняли» со всей пролетарской ненавистью – избивали, одного товарища подстрелили. Прострелили колеса у машины – шоу было знатное, так что люди, наверное, меньше нашего взрыва испугались, чем действий СБУ.
— Не жалеешь, что так поступил?
Ни капельки. Жалею только о том, что все бестолково сделали.
— Что чувствовал, когда пересекал линию разграничения?
Наши ребята помахали нам рукой. Внезапно понял, что уже в безопасности, среди своих. Сильное было чувство.
— Чем планируешь заниматься?
Повидаю родственников, в Питер съезжу – всегда мечтал там побывать. А потом вернусь в Донецк и начну новую жизнь.
— Всяческих тебе успехов!
Спасибо!

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

1379
Похожие новости
03 февраля 2018, 20:15
05 февраля 2018, 18:30
04 февраля 2018, 23:45
06 февраля 2018, 10:15
02 февраля 2018, 23:00
04 февраля 2018, 21:00
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
19 февраля 2018, 17:30
19 февраля 2018, 12:00
18 февраля 2018, 14:00
19 февраля 2018, 19:45
19 февраля 2018, 09:00
21 февраля 2018, 04:30
17 февраля 2018, 13:45