Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

Хроники Поиска Пути (90). Иран. Страна воинов, поэтов, мучеников (8)

Если меж пальцев ушли наслажденья - Значит ушли//Если могли мы терпеть униженье - Значит могли//Если гнетет нас любви тирания - Значит гнетет//Если терпенье - значит терпенье... Солнце взойдет... У Ирана хватило терпенья, и в ночь с 13 на 14 июля «солнце взошло». В очередной раз за многовековую историю страны. В том числе и благодаря богатейшей и древней культуре, об одной из сфер которой, - о поэзии – мы сейчас и вспомним...

Как и было обещано в прошлом материале, от воинов Ирана переходим к его поэтам. Тем более, что Иран во все времена был богат не просто поэтами, а поэтами великими.

Вот такие они - поэты-классики Персии (IX - XIV вв.):

В этом материале поговорим о двух из них – Рудаки и Фирдоуси. Но прежде вспомним, на каких языках поэты тех времен писали, И как защищал свое место под солнцем язык древнего Ирана/Персии – фарси\парси…

Все иранские языки относятся к индоевропейской языковой семье и к ее индоиранской ветви. Их делят на три группы: к северной, исчезнувшей повсюду, кроме Осетии, принадлежал язык скифов и родственных им народов; вторая группа называется западной, третья – восточной.

Наиболее распространена сейчас западная ветвь. Ее главный представитель – фарси, язык провинции Фарс/Парс, язык персидский, когда-то называвшийся аджеми. Он рано достиг Средней Азии, области согдийского языка, растворившегося в нем, но не смешавшегося с ним. Там персидский язык называли дари.

Фарси стал главным языком с тех пор, как его возвысил гений Фирдоуси (933-1021) в «Шах-наме». Современный иранец, читая эту поэму тысячелетней давности, находит в ней меньше архаизмов, чем нынешний француз у своих поэтов Возрождения.

К западной ветви относятся также курдский и белуджский языки.

Восточная ветвь включает в себя ягнобский язык, остаток согдийского, и прежде всего, - пушту («афганский»), зафиксированный с XVI века, на который сильно повлиял персидский и который в 1936 году стал одним из официальных языков Афганистана (наряду с дари). К ним часто присоединяют осетинский язык Кавказа, как единственный язык северной ветви. Что касается урду, то его создали в XVII веке на основе фарси, официального языка делийского двора, и индийских языков…

Древнейшие датированные тексты Ирана – ахеменидские надписи, в первую очередь времен Дария (522-480 гг. до н.э.), но самый старый литературный документ это несомненно, - Гаты, не поддающиеся датировке ( чуть подробнее о Заратуштре, Гатах и Авесте см. здесь http://cont.ws/post/57932/ ).

Язык основного текста Авесты отличен от языка более поздних «толкований», написанных на пехлеви ( среднеперсидский вариант ). Гаты написаны на еще более древнем языке.

При записи жрецы использовали специально созданный для этих целей авестийский алфавит (на основе пехлевийского языка, существовавшего в то время ( то есть, древнеперсидского пехлеви). Первые переводы с авестийского были осуществлены при Сасанидах в 3–7 вв, - уже с помощью пехлевийского – среднеперсидского. Являвшегося продолжением древнеперсидского языка и предшественником новоперсидского.

Первоначальный регион распространения пехлеви — южная часть Ирана — Парс (Фарс), затем он становится литературным и официальным языком всей Персии во времена Сасанидов (III-VII века). С VII века, после завоевания Ирана арабами, сохранялся в зороастрийских общинах в Иране и Индии.

Алфавит пехлеви (пазенд) - потомок арамейского письма. Окончательно сложился к 3-2 вв. до н.э. и вплоть до арабского нашествия обслуживал персидский язык в Эраншехре (Иране). На основе пехлеви был разработан авестийский фонетический алфавит для передачи священного, давно вымершего языка зороастрийского культа.

Пехлеви – официальное письмо позднеассирийских и древнеперсидских канцелярий 6-4 вв. до н.э. Оно послужило источником для большинства национальных иранских и тюркских систем письма: парфянской, среднеперсидской (собственно говоря, пехлеви), уйгурской, хорезмийской, согдийской, орхоно-енисейской и др. На среднеперсидском языке шрифтом пехлеви в 3-9 вв. писались переводы с древнеиранского языка «Авесты» (Библии зороастрийцев) и комментарии к ней «Зенд». Поэтому письмо пехлеви называлось также пазенд.

Итак, древнейшими датированными текстами Ирана являются ахеменидские надписи, но официальным языком Ахеменидов был арамейский, древний семитский язык, известный по небольшим надписям IX-VII вв. до н.э. Успех ему обеспечили простота записи, при которой требовалось лишь двадцать два знака, и чрезвычайная распространенность носителей на всем Ближнем Востоке.

Таким образом, древнеперсидский уже находился под угрозой со стороны арамейского языка, когда завоевания Александра, приход к власти Селевквидов и распространение греческого языка нанесли древнеперсидскому новый удар, после которого казалось, что он уже обречен на исчезновение.

Дали ему возможность выжить и вернули почетное положение парфяне.

Еще раз, и более жестко, подъем персидского языка остановило мусульманское завоевание. Еще яростней, чем при греках он был атакован чужим языком, даже не индоевропейским, как он, а семитским, полностью противоположным ему по духу, - арабским языком, который был не только языком завоевателей, а еще и языком новой торжествующей религии, - ислама.

Очень скоро во всем иранском мире арабский язык стал как официальным языком, так и языком образованного класса. Он породил богатую поэтическую и, особенно, научную литературу, написанную коренными иранцами. Своим выживанием пехлевийский язык был обязан простонародью, продолжавшему говорить на нем в деревнях и в шатрах, а также маздеистам, не желавшим принимать ислам.

Окончательное воскресение персидского языка произошло в Х веке. Иранский «национализм» позволил восстановить связь с прошлым, вдохнуть в персидский язык новую жизнь, а вскоре, - возвести его в ранг культурного языка, поставив рядом с арабским, сохраненным как язык богослужения и теологии.

Этому можно удивиться, если вспомнить о полной или почти полной арабизации таких колыбелей древних цивилизаций, как Египет, Сирия, Ирак, не говоря уже о Северной Африке и Испании.

Иран должен был обладать весьма высокими достоинствами, чтобы остаться Ираном, и не стать «арабской страной».

Этими достоинствами были глубокие корни культуры Ирана. Такие же глубокие, как у Зороастрийского савра:

Самое старое дерево в Азии и второе по древности дерево в мире находится примерно в 120 км от Язда, около поселка Абарку. Высота Зороастрийского сарва составляет 25 метров, а окружность - 18 метров.

В некоторых источниках написано, что дереву 4,5 - 5 тысяч лет, при том , что колесо вроде бы "изобретено" примерно 4000 лет назад. По легенде, Дереву было уже полторы тысячи лет, когда под его сенью отдыхал и беседовал с учениками Заратуштра. Тот самый Заратуштра/Зороастр ( подробнее см. здесь: http://aftershock.su/?q=node/204756 )...

Если различия между иранскими языками в те времена уже грозили сделаться столь же явными, какие существуют, например, между романскими языками, то персидский язык Фирдоуси сыграл во втором тысячелетии важнейшую роль, собрав эти языки вместе, или, по меньшей мере, поспособствовав их сближению.

Персидско-таджикская литература на языке фарси зародилась на территории, где обитали восточные иранцы, в том числе таджики, затем распространилась на территорию, где проживали западные иранцы (персы). В VIII—XV вв. литература на фарси создавалась и другими народностями, заселявшими просторы Средней Азии, собственно Ирана, Азербайджана. На языке фарси формировалась литература также в сопредельных с Ираном странах (Индии и Турции).

В результате завоевания и распространения ислама языки покоренных народов стали вытесняться арабским языком. Как язык религии и государства, он стал единственным общеобязательным литературным языком на всей территории Арабского халифата.

Освободительное движение покоренных народов, получившее название шуубии, зародилось, в начале VIII в. Наиболее сильной была шуубия иранская, доходившая в своей оппозиционности иногда чуть ли не до полного разрыва с исламом.

Все же и она пользовалась только арабским языком и не восставала против его засилья вплоть до начала IX в., но в самых недрах арабоязычной литературы возникло движение против арабской культурной гегемонии, за возрождение идеалов культурной и литературной жизни домусульманского Ирана.

В конечном счете, соприкоснувшись с другой культурой, арабоязычная персидско-таджикская литература в VII—IX вв. настолько обогатилась, что не только подняла на новую ступень саму арабскую литературу, но, по существу, создала предпосылки для последующего возникновения классической литературы уже на родном языке — фарси/ парси.

Арабский язык в то время играл роль мирового языка, и фарсиязычная литература таким образом непосредственно соприкасалась с мировой культурой той эпохи. Выдающиеся арабоязычные поэты VIII—IX вв. аль-Хурайми, Башшар ибн Бурд (714—783 г.) и Абу Нувас (762—813), иранцы по происхождению, выражали в своих стихах, лирических, панегирических и сатирических, прежде всего настроения городских слоев, чувства любви к иранской родине. С их творчеством в поэзию проникает тема любви и гуманистические идеи, которые впоследствии пронизывают наиболее ценную часть фарсиязычной литературы.

Фарсиязычная литература возникла на рубеже VIII—IX вв., первоначально на территории, именовавшейся Хорасаном и Мавераннахром (Трансоксиана), населенной иранцами (преимущественно в городах Самарканд, Бухара, Балх, Мерв и др.).

Персидско-таджикская литература выросла на гребне волны антиарабских выступлений, приведших к власти иранские династии (сначала Тахиридов и Саффаридов, а затем Саманидов) и к возрождению родного языка и иранской традиции.

Хорасанский говор и поныне из всех диалектов фарси наиболее близок к литературному языку. Новый литературный язык — фарси — впервые был широко применен в придворной панегирической поэзии. К его названию был присоединен эпитет «дари» (отсюда «парси-и-дари», т. е. «парси, на котором пишут при государственном дворе»).

Ранний период персидско-таджикской поэзии характеризуется влиянием народного творчества и сохраняющимся двуязычием поэтов.

В ранних произведениях персидско-таджикской поэзии, предшествовавших творчеству Рудаки, можно проследить, как возникают различные поэтические формы, которым суждено впоследствии развиваться в самостоятельные жанры: рубаи, газель, касыда, маснави, в частности, возможно, и первая стихотворная «Шах-наме» на фарси, составленная в начале X в.

То, что в IX в. появилось лишь в зародышевой форме, нашло свое блестящее развитие в произведениях Рудаки.

О жизни Рудаки (ок. 858—941) известно мало. По-видимому, его звали Абу Абдаллах Джафар ибн Мухаммад — так, по крайней мере, значится в одном из старейших источников. По другому преданию, его звали Абу-аль-Хасан. Он умер глубоким стариком.

Абу Абдаллах Рудаки родился ок. 858 г., в селе Панджрудак, ныне Таджикистан — умер в 941 г., там же.

Рудаки являлся придворным поэтом при Насре II из династии Саманидов (914-943) в Бухаре, был в почете, но в конце своей жизни попал в опалу и его жизнь закончилась в бедности.

Из огромного литературного наследия, приписываемого ему современниками и учеными (а это, по некоторым данным более 1300 000 /один миллион триста тысяч!/ двустиший), осталось примерно 52 касыды, газели и рубаят.

Однако, самой невосполнимой утратой является утерянная версия арабского перевода Ибн Абдаллаха ал-Мукаффы старого индийского сборника басен "Калила и Димна" (Panchatantra), которую он переложил на персидский стих по требованию своего монарха.

Из литературного наследия сохранились касыда «Мать вина» (написана в 933), автобиографическая «Ода на старость», около 40 четверостиший и много фрагментов поэм, произведения лирического и дидактического содержания. Созданный им и его современниками стиль преобладал в фарсиязычной поэзии до XI в.

Нижеприведенное стихотворение, сочинено поэтом почти экспромтом, на просьбу придворных заставить вернуться охотившегося в окрестностях Бухары беззаботного эмира, поскольку государству угрожала опасность (описано в книге Низами Арузи Самарканди "Собрание редкостей"). И поэт блестяще справляется с заданием, продекламировав нижеследующие строки, скрывшись на некотором расстоянии от своего господина.

Донесенные ветром звуки стихов так сладостно и ностальгически западут в грудь и сожмут сердце, что правитель немедленно бросив охоту, в ту же секунду повернет свою лошадь обратно, к родному городу и без отдыха примчится восвояси.

Ветер вея от Мульяна, к нам доходит.

Чары яр моей желанной к нам доходят

Что нам брод Аму шершавый? Нам такой,

Как дорожка златотканная, подходит.

Смело в воду! Белоснежным скакунам

По колена пена пьяная доходит.

Радуйся и возликуй, о Бухара:

Шах к тебе, венчанная, приходит.

Он как тополь! Ты как яблоневый сад!

Тополь в сад благоухания приходит.

Он как месяц! Ты как синий небосвод!

Ясный месяц в небо раннее восходит.

Перевод И.Сельвинского

Мавзолей поэта, родоначальника классической таджикской поэзии Абу-Абдулло Рудаки, известного на весь мир, был построен в 1958 году. Дело в том, что до того времени до конца не была изучена биография великого деятеля, и, соответственно, не было прослежено место его захоронения.

Мавзолей Рудаки после реставрации

Пролить свет на многие вопросы из жизни Рудаки помогла кропотливая работа известного таджикского писателя Садриддина Айни. Который досконально изучив возможные исторические рукописи, сумел установить место захоронения великого поэта, а известный скульптор-антрополог Михаил Герасимов смог восстановить его облик по останкам.

В 1956 году, в год 1100-летия со дня рождения Рудаки была вскрыта могила в кишлаке Панджруд – предполагаемом месте захоронения поэта. В погребении были обнаружены кости скелета, тщательное исследование которых показало, что они принадлежат мужчине, который скончался в возрасте около 85-87 лет. В склепе также были найдены предметы, относящиеся к тому времени, когда жил поэт. Был обнаружен еще ряд признаков, которые позволили учёным сделать вывод о том, что найденные останки действительно принадлежат Рудаки.

Будь весел и люби красавицу свою.

Подобен этот мир бегущему ручью.

О прошлом позабудь, грядущим утешайся,

Живи и радуйся живому бытию.

Излюбленная антитеза Рудаки — Любовь и Разум. Это противопоставление чувственного и разумного начала, известное в древней и средневековой иранской философии.

Программным можно считать стихотворный фрагмент:

Для сада разума — ты осень,

Весна — для цветника любви.

Меня Любовь зовет пророком, —

Творцом любви себя зови!

Восхваление Разума — основа всей этической системы поэта, его понимания Добра и Зла, обличения несправедливости, но и философского примирения с превратностями судьбы. Над всеми противоположностями, полюсами и антиномиями стоит, однако, образ Возлюбленной, источника нетленной человеческой красоты и любви к роду человеческому.

В период господства Саманидов возродился интерес к иранской старине, в частности составлялись на фарси сборники легенд и преданий о мифических и исторических богатырях и царях, живших до арабского нашествия. Эти мифологические своды обычно называют «Шах-наме» («Книга о царях»).

По некоторым данным, при Сасанидах были составлены на языке фарси-дари по крайней мере четыре не дошедших до нас произведения: это прозаическая «Шах-наме» Абу-ль-Муайяда Балхи (963 г.); «Шах-наме» Абу Али Мухаммада ибн Ахмада Балхи; «Шах-наме» Масуд-и Марвази (составлена ранее 966 г.) и, наконец, «Мансурова Шах-наме» (посвященная Мансуру), законченная в 957 г. Именно это произведение использовал Фирдоуси в своем сочинении…

Жизнь Абу-аль-Касима Фирдоуси, как и жизнь других иранских классиков, окружена множеством легенд. Эти легенды при всей своей фантастичности воссоздают в определенной мере творческий облик поэта.

Точный год рождения Фирдоуси неизвестен. Предполагают, что он родился между 932 и 941 гг. в городе Тусе в Хорасане. Он изучил арабский язык и, возможно, среднеперсидский. Познания поэта были обширны, недаром впоследствии его величали «хаким» — «мудрец», «ученый».

- Поцелуй любви желанный, Он с водой соленой схож: Тем сильнее жаждешь влаги, Чем неистовее пьешь.

- К добру и миру тянется мудрец, К войне и распрям тянется глупец…

Молодость Фирдоуси совпала с расцветом восточноиранского феодального государства Саманидов.

Это был яркий период в истории иранских народов. Именно тогда Фирдоуси приступил к написанию своей эпопеи, но едва успел он завершить ее первый вариант в 994 г., как государство Саманидов пало под ударами кочевых племен.

В 999 г. тюрки-караханиды заняли столицу государства Бухару и свергли Саманидов. Примерно тогда же утвердилась и власть выходца из тюркской племенной гвардии Саманидов султана Махмуда Газневи над огромной территорией к юго-востоку от Амударьи.

Памятник Фирдоуси на площади его имени в Тегеране. У ног поэта герои Шахнаме: будущий богатырь Заль (отец богатыря Рустама) и вскормившая его птица Симург.

(В течение 2 с лишним лет проезжал или проходил мимо этого памятника Фирдоуси почти каждый день).

Завершив вторую редакцию «Шах-наме» в 1010 г., Фирдоуси преподнес эпопею султану Махмуду, дополнив ее панегирическим посвящением новому правителю.

Но по неизвестным нам причинам Махмуд не принял ее с должным уважением, что вызвало гнев поэта, и, по преданию, он ответил правителю едким сатирическим посланием.

Автору «Шах-наме» пришлось скрываться от разгневанного деспота. Предполагают, что Фирдоуси умер между 1020 и 1026 гг. На его могиле в Иране в 1934 г. в связи с тысячелетием со дня рождения поэта возведен мавзолей.

Формально композиция «Шах-наме» Фирдоуси соответствует периодам царствования пятидесяти легендарных и исторических шахов Ирана, фактически же книга состоит из трех неравных частей:

1) мифологической, повествующей о первых десяти правителях;

2) богатырской, посвященной преимущественно подвигам Рустама;

3) исторической, состоящей из различных эпизодов, относящихся к периоду царствования реальных исторических правителей Сасанидов.

По своему объему эта грандиозная эпопея во много раз превышает «Илиаду» и «Одиссею», вместе взятые.

Рукопись «Шахнаме» в музее Фирдоуси, расположенном рядом с мавзолеем поэта

Однако «Шах-наме» не верифицированная династийная история. Это эпический синтез, единственный в своем роде, удивительный по сочетанию универсальности и внутренней цельности, это собрание огромного числа мифологических преданий и исторических легенд, любовных поэм и стихотворных летописей, лирических раздумий и назиданий.

Можно выделить четыре кульминационных пункта в развертывании сюжетов в «Шах-наме»:

в мифологической части — это эпизод восстания кузнеца Кавы;

в богатырской — трагедия Сиявуша;

в промежуточном эпизоде — описание утопической страны брахманов, куда проник Искандар;

в исторической части — восстание Маздака.

В легенде об Искандаре кульминационный момент — встреча Искандара с брахманами. Именно эта легенда легла в основу великолепной социальной утопии о царстве справедливости на земле, о стране всеобщего равенства и труда в поэме «Искандар-наме» великого поэта из Ганджи (Азербайджан) Низами.

Этот рассказ приводится в «Шах-наме» непосредственно перед исторической частью. Далее оценка справедливости или несправедливости царей дается Фирдоуси как бы под углом зрения именно этой социальной утопии: заботится ли царь о благополучии своих сограждан, об их счастье и довольстве или он алчен, жаден и себялюбив.

Кульминационный пункт исторической части — восстание Маздака, оно наиболее органично связано с этой утопией. Описывая восстание Маздака, поэт показывает, что народ борется за свое счастье и равенство, а не просто мечтает о неведомом, утопическом царстве нищих брахманов в неведомых горах. Под предводительством Маздака у Фирдоуси выступают народные массы.

Восстание под водительством Маздака (в начале VI в.) было массовым народным движением, которое, распространившись не только в Иране, но и в Аравии и Армении, потрясло основы Сасанидского государства. Идеей этого движения было отрицание богатства и крупной собственности как главного зла в мире, как порождения Ахримана.

В общем, многое в этой идее совпадает с Заветами Заратуштры:

Главный постулат маздакизма гласил, что в основе мирового процесса лежит борьба между светлым, добрым началом, действующим разумно и закономерно, и тёмным, злым началом, представляющим собой хаос и случайность, и что эта борьба неизбежно завершится (уже в «этом мире») победой «добра» над «злом»

Н. Рерих. «Зороастр»

В источниках Зороастр/Заратуштра описывается как идеальный священник, воин и скотовод, образцовый глава и покровитель людей всего мира. Заратуштра отказался от всех богов, за исключением одного, «Бога», «Господина Мудрости» — Ахура-Мазды.

Ахура Мазда - единственный Высший Судья действий человека. Он добрый, прощающий и понимающий. Он помогает человеку, как его друг и брат, если тот ведет справедливую жизнь.

Проповедь пророка носила ярко выраженный этический характер, осуждала несправедливое насилие, восхваляла мир между людьми, честность и созидательный труд ( подробнее см. здесь: http://aftershock.su/?q=node/204756 )...

Анализ «Шах-наме» выявляет скрещивание в поэме двух линий: одна линия находит свое выражение в панегирике Аллаху и султану в начале эпопеи, в последовательной защите идеи законного монарха, в нередкой идеализации прошлого, в проповеди рыцарской этики.

Вторая проявляется в гимне разуму, в поэтизации доисламских народных преданий и легенд, в воссоздании средневековой социальной утопии — изображении страны имущественного равенства и справедливости, в сочувственном рассказе о восстании Маздака, в проповеди идеи «хорошего царя» и, наконец, в структуре поэмы: почти две трети ее посвящены вовсе не правителям, к тому же часто изображаемым довольно жалкими, а популярнейшему в народе богатырю Рустаму и трагическому образу Сиявуша. Эпопея, которая начинается панегирическим посвящением султану Махмуду, завершается острой сатирой на него.

Рудаки стремился возродить древнюю иранскую традицию и многое сделал в этом отношении.

У Фирдоуси вся его эпопея «Шах-наме» от начала и до конца (как об этом свидетельствует и одно из ее прежних названий: «Бастан-наме» — «Книга о старине») — открытое, демонстративное возрождение родной древней традиции в противовес мусульманской ортодоксии.

Рудаки первым в классической иранской поэзии «открыл» человеческую личность.

Фирдоуси поднял на щит не обычную, а необыкновенную, сильную, героическую личность. В ней видит он свой этический и эстетический идеал.

Местечко Тус, где покоятся останки Фирдоуси, находится в 23 километрах к северу от Мешхеда. Добраться до Туса не составляет труда. Микроавтобусы уходят туда каждые полчаса с мешхедской площади Шохада и подвозят пассажиров прямо к мавзолею автора "Шахнаме" ("Книги царей").

Рассыплются стены дворцов расписных

От знойных лучей и дождей проливных,

Но замок из песен, воздвигнутый мной,

Не тронут ни вихри, ни грозы, ни зной.

И ведь сбылось! Много воды утекло, правители приходили и уходили, строились и разрушались города, но незыблемым осталось величайшее творение Фирдоуси, труд всей его жизни…

Существует предание, согласно которому незадолго до смерти Фирдоуси султан Махмуд случайно услышал от одного придворного выразительный стих из «Шахнаме», осведомился об авторе и узнал, что стих — из посвященной Махмуду же «Книги царей» знаменитого Фирдоуси, который теперь в Тусе проживает в бедности.

Махмуд немедленно распорядился послать в Тус для Фирдоуси богатый дар (60000 серебряных дирхемов — по сообщению Арузия; 60000 золотых червонцев — по поздним преданиям). А Фирдоуси незадолго до этого скончался. В то самое время, когда через одни городские ворота выносили для похорон его тело, в другие городские ворота вступали верблюды с дарами от Махмуда.

«Похороны Фирдоуси». Картина Газанфара Халыкова, 1934 год

Легенда вдохновила русского поэта на написание стихотворения «Приданое».

В тростниках просохли кочки, Зацвели каштаны в Тусе,

Плачет розовая дочка Благородного Фердуси:

"Больше куклы мне не снятся, Женихи густой толпою

У дверей моих теснятся, Как бараны к водопою.

Вы, надеюсь, мне дадите Одного назвать желанным.

Уважаемый родитель! Как дела с моим приданым?"

Отвечает пылкой дочке

Добродетельный Фердуси:

"На деревьях взбухли почки.

В облаках курлычут гуси.

В вашем сердце полной чашей

Ходит паводок весенний,

Но, увы: к несчастью, ваши

Справедливы опасенья.

В нашей бочке - мерка риса,

Да и то еще едва ли.

Мы куда бедней, чем крыса,

Что живет у нас в подвале.

Но уймите, дочь, досаду,

Не горюйте слишком рано:

Завтра утром я засяду

За сказания Ирана,

За богов и за героев,

За сраженья и победы

И, старания утроив,

Их окончу до обеда,

Чтобы вился стих чудесный

Легким золотом по черни,

Чтобы шах прекрасной песней

Насладился в час вечерний.

Шах прочтет и караваном

Круглых войлочных верблюдов

Нам пришлет цветные ткани

И серебряные блюда,

Шелк и бисерные нити,

И мускат с имбирем пряным,

И тогда, кого хотите,

Назовете вы желанным".

……………..

Через год просохли кочки,

Зацвели каштаны в Тусе,

И опять стучится дочка

К терпеливому Фердуси:

"Где же бисерные нити

И мускат с имбирем пряным?

Уважаемый родитель!

Как дела с моим приданым?

Женихов толпа устала

Ожиданием томиться.

Иль опять алмазов мало

Заблистало на страницах?"

Отвечает гневной дочке Опечаленный Фердуси:

"Поглядите в эти строчки, Я за труд взялся не труся,

Но должны еще чудесней Быть завязки приключений,

Чтобы шах прекрасной песней Насладился в час вечерний.

Не волнуйтесь, подождите, Разве каплет над Ираном?

Будет день, кого хотите, Назовете вы желанным".

Баня старая закрылась, И открылся новый рынок.

На макушке засветилась Тюбетейка из сединок.

Чуть ползет перо поэта И поскрипывает тише.

Чередой проходят лета, Дочка ждет, Фердуси пишет

…………………..

В тростниках размокли кочки,

Отцвели каштаны в Тусе.

Вновь стучится злая дочка

К одряхлелому Фердуси:

"Жизнь прошла, а вы сидите

Над писаньем окаянным.

Уважаемый родитель!

Как дела с моим приданым?

Вы, как заяц, поседели,

Стали злым и желтоносым,

Вы над песней просидели

Двадцать зим и двадцать весен.

Двадцать раз любили гуси,

Двадцать раз взбухали почки.

Вы оставили, Фердуси,

В старых девах вашу дочку".

"Будут груши, будут фиги,

И халаты, и рубахи.

Я вчера окончил книгу

И с купцом отправил к шаху.

Холм песчаный не остынет

За дорожным поворотом -

Тридцать странников пустыни

Подойдут к моим воротам".

………………………

Вот посол, пестро одетый,

Все дворы обходит в Тусе:

"Где живет звезда поэтов -

Ослепительный Фердуси?

Вьется стих его чудесный

Легким золотом по черни,

Падишах прекрасной песней

Насладился в час вечерний.

Шах в дворце своем - и ныне

Он прислал певцу оттуда

Тридцать странников пустыни,

Тридцать войлочных верблюдов,

Ткани солнечного цвета,

Полосатые бурнусы...

Где живет звезда поэтов -

Ослепительный Фердуси?"

Стон верблюдов горбоносых

У ворот восточных где-то,

А из западных выносят

Тело старого поэта.

Бормоча и приседая,

Как рассохшаяся бочка,

Караван встречать - седая -

На крыльцо выходит дочка:

"Ах, медлительные люди!

Вы немножко опоздали.

Мой отец носить не будет

Ни халатов, ни сандалий.

Если шитые иголкой

Платья нашивал он прежде,

То теперь он носит только

Деревянные одежды.

Если раньше в жажде горькой

Из ручья черпал рукою,

То теперь он любит только

Воду вечного покоя.

Мой жених крылами чертит

Страшный след на поле бранном.

Джинна близкой-близкой смерти

Я зову моим желанным.

Он просить за мной не будет

Ни халатов, ни сандалий...

Ах, медлительные люди!

Вы немножко опоздали".

Встал над Тусом вечер синий,

И гуськом идут оттуда

Тридцать странников пустыни,

Тридцать войлочных верблюдов.

Дмитрий Кедрин, 1935 г.

… Известность Фирдоуси была столь велика, что вскоре после его смерти могила поэта стала местом паломничества для просвещенных и религиозных людей.

Низами Арузи Самарканди в 1116-17 году, т.е. через сто лет после смерти Фердоуси, был у его могилы.

Амир Доулет-шах Самарканди, автор книги «Тазкират аш-шуара», живший в XV веке, отметил: «Гробница Фердоуси стала местом паломничества людей».

В 1908-09 году англичанин Фризер посетил могилу Фердоуси, которая казалась заброшенной.

Монументальное мраморное здание и пруд с фонтанами соорудили в 1960-е, в годы правления династии Пехлеви.

Строение новое, внутри — современные же барельефы — иллюстрации к «Шахнаме» и цитаты из поэмы-эпоса.

Умер поэт «в бедности и огорчении». А теперь сидит мраморный Фирдоуси среди деревьев и смотрит на собственный мавзолей.

Мраморная усыпальница выполнена в зороастрийском, а не мусульманском стиле и с соответствующей символикой.

Мавзолей Фирдоуси:

напоминающий гробницу Куроша Великого,

также следовавшего в своей жизни заповедям Заратуштры и провозглашавшего:

--- Я не разрешаю никому плохо обращаться с моими подданными и разрушать города и села. Я приказываю, чтобы никто не прикасался к жилищу моего подданного и никто не смел воровать. Каждый может почитать своих богов. Повелеваю, что каждый свободен в выборе места жительства, богов, мыслей, перемещений и никто не может препятствовать этому...

Внутри мавзолея Фирдоуси в Тусе

В полумраке мавзолея – могила поэта:

... 21 декабря, самая длинная ночь в году и зимнее солнцестояние, в Иране - издревле дата особенная. Иранцы начали отмечать её ещё с зороастрийской эпохи. В эту ночь, с 21 на 22 декабря, друзья и родственники собираются вместе и не ложатся спать до самого утра… Причем здесь самая длинная ночь и иранские поэты, о которых мы начали говорить в прошлом материале, спросите вы. Под катом не только найдете ответ на этот вопрос, но и сможете погадать на иранский манер

Вроде бы и ни причем длинная ночь и поэты. В эту зимнюю ночь семьи собираются вместе, "охраняя" друг друга и увлечённо занимаясь приземленными, а вовсе не поэтическими делами: лакомятся специально заготовленными угощениями, пока не покажутся первые лучи света.

А до этого несколько дней проводят на базаре, закупая для дорогих гостей, членов семьи, эти угощения: семечки, орехи, сухофрукты.

А также сладчайшие гранаты:

и арбузы:

Поэтому стол получается красочным:

До самого утра семьи проводят время вместе: играют на музыкальных инструментах, старшие в семье рассказывают разные истории, а детвора пользуется случаем, чтобы шалить и не спать.

Но это не все, чем иранцы в самую длинную ночь, - и перед ней – занимаются.

Еще они - цитируют стихи, и… гадают по Хафизу.

«Гадание по Хафизу»

Для этого используется «Диван» Хафиза - сборник из 600 его стихов.

Поэт

Хафиз из Шираза (отсюда, – Ширази) жил в 14 веке (ок. 1325 - 1390). Газели Хафиза настолько почитаемы в народе, что их томик фактически служит для иранцев «вторым Кораном».

Что же касается гадания, то поэзия Хафиза настолько наполнена любовью, надеждой и человеческими эмоциями, что, кажется, она может дать ответ на любое желание или на любую мечту…

Согласно традиции, следует взять книгу в руки, загадать желание, закрыть глаза и раскрыть страницу наугад. Ответом будет та газель, что находится справа. Она может оказать позитивной, воодушевляющей и многообещающей – но бывает и негативной, запрещающей то или иное действие.

Кроме того, в Иране вам на улицах могут встретиться продавцы, торгующие «гаданием по Хафизу». В этом случае, ответы записаны на маленьких листочках бумаги (и само стихотворение, и его интерпретация), в заклеенных конвертах. Здесь достаточно загадать желание и выбрать конверт наугад.

Некоторые продавцы используют дрессированных попугаев, которые будут выбирать конвертик специально для вас – что делает гадание еще легче и веселее :).

Те, кто путешествовал в Шираз и посещал мавзолей Хафиза, наверняка заметили вокруг него массу таких продавцов, с конвертиками и разноцветными попугаями.

Впрочем, бизнес у мавзолея идет отлично не только благодаря туристам. Молодые пары, юноши и девушки, всегда мечтают узнать о том, к чему приведут их отношения – а у кого же еще спросить об этом, как не у знатока любви – Хафиза?

«Ну, что - кто следующий будет тянуть?» :)

Реза Саджади, несколько лет бывший послом Ирана в России, до сих пор продолжает вести начатый в Москве блог, откуда мной и взята часть информации для этого поста.

Так вот, он не счел за труд приобщить россиян к этому гаданию, собрав в одном из своих материалов 37 газелей Хафиза и пронумеровав их. Эти газели приведены злесь: http://sajjadi.livejournal.com/200715.html. Если кому-то интересно, то пройдите по этой ссылке и загадайте желание, затем мысленно выберите любую цифру от 1 до 37 – и нажмите на ссылку, чтобы открыть нужную газель. Удачи!...

Хаджа Шамс ад-Дин Мухаммад Хафиз Ширази (1326 -1389/90 гг.) выходец из незнатной и небогатой семьи ширазских горожан. Получил полное богословское образование и прославился как «хафиз» (человек, знающий Коран наизусть).

Придворная поэтическая деятельность не обогатила Хафиза, и во многих стихах он говорит о себе, как о человеке необеспеченном. Диван Хафиза, собранный после его смерти, распространялся в огромном количестве списков в Иране и за его пределами.

Если меж пальцев ушли наслажденья - Значит ушли.

Если могли мы терпеть униженье - Значит могли.

Если гнетет нас любви тирания - Значит гнетет.

Если терпенье - значит терпенье... Солнце взойдет.

Жизнь не так коротка, как я думал в печали...

Окончания ищешь - находишь начало.

Хафиз написал много знаменитых лирических газелей — о любви, вине, красоте природы и розах.

Умер поэт в возрасте 64 лет (1390 год), похоронен в саду Мусалла в Ширазе.

Дам тюрчанке из Шираза Самарканд, а если надо –

Бухару! А в благодарность жажду родинки и взгляда.

Дай вина! До дна! О кравчий! Ведь в раю уже не будет

Мусаллы садов роскошных и потоков Рокнабада *.

Из сердец умчал терпенье – так с добычей мчатся тюрки –

Рой причудниц, тот, с которым больше нет ширазцу слада.

В нашем жалком восхищенье красоте твоей нет нужды.

Красоту ль твою украсят мушки, краски иль помада?

Красота Юсуфа, знаю, в Зулейхе зажгла желанья,

И была завесы скромной ею сорвана преграда.

Горькой речью я утешен, – да простит тебя создатель –

Ведь в устах у сладкоустой речь несладкая – услада.

Слушай, жизнь моя, советы: ведь для юношей счастливых

Речи о дороге жизни – вразумленье, не досада.

О вине тверди, о пляске – тайну вечности ж не трогай:

Мудрецам не поддается эта темная шарада.

Нанизав газели жемчуг, прочитай ее, – и небом

В дар тебе, Хафиз, зажжется звезд полуночных плеяда.

* - Мусалла - название загородных садов Шираза

* - Рокнабад - название реки

Мавзолей Хафиза является одной из основных достопримечательностей Шираза. Он находится в парке, где постоянно под музыку декламируются стихи Хафиза.

Песня, брызнуть будь готова – вновь, и вновь, и вновь, и снова!

Чашу пей – в ней снов основа – вновь, и вновь, и вновь, и снова!

Друг, с кумиром ты украдкой посиди в беседе сладкой, –

Поджидай к лобзаньям зова – вновь, и вновь, и вновь, и снова!

Насладимся ль жизнью нашей, коль не склонимся над чашей?

Пей же с той, что черноброва, – вновь, и вновь, и вновь, и снова!

Не найти от вас защиты, взоры, брови и ланиты, –

Вы моим очам обнова – вновь, и вновь, и вновь, и снова!

Ветер! Ты в воздушной ризе, мчась к любимой, о Хафизе

Ей бросай за словом слово – вновь, и вновь, и вновь, и снова!

К мавзолею приходят многочисленные паломники,

Вот что пишет по этому поводу один из побывавших в Ширазе наших соотечественников:

--- Количество людей в парке меня очень приятно удивило. С трудом могу представить, чтобы такое количество собиралось ежедневно в Питере у памятника великому русскому поэту.

Внутри павильона - надгробие в виде книги

Верхняя часть беседки вечерами красиво подсвечивается.

В заключение, - еще немного о гадании по Хафизу…

Похоже, что несколько последних лет некоторым странам, включая Россию и Китай, попугайчики-гадальщики вытаскивали конвертики с такими газелями:

- Не причиняй лишь зла другим, а в остальном…

Живи, как знаешь, и судьба тебе поможет.

Иного нет греха. Добром же ты умножишь

Себя, как в зеркале, светящимся добром...

- Людей пора переродить и вырастить свой сад,

И мир свой заново создать - иначе это ад...

6 предыдущих материалов из этой серии Хроник:

- http://cont.ws/post/57887/

- http://cont.ws/post/57932/

- http://cont.ws/post/77381

- http://cont.ws/post/81140

- http://cont.ws/post/81236

- http://cont.ws/post/91241

- http://cont.ws/post/100700

=========================

Использованные источники:

- http://maxpark.com/user/2621641616/content/3068879

- Ру, Жан-Поль, «История Ирана и иранцев. От истоков до наших дней». – СПб., ЕВРАЗИЯ, 2012

- http://www.krugosvet.ru/enc/kultura_i_obrazovanie/religiya/AVESTA.html?page=0,1

- http://www.garshin.ru/linguistics/scripts/alphabet/vocalic/caucasian/pahlavi.html

- http://feb-web.ru/feb/ivl/vl2/vl2-2552.htm

- http://bukharapiter.ru/content/view/147/

- http://www.advantour.com/rus/tajikistan/penjikent/rudaki-mausoleum.htm

- http://sajjadi.livejournal.com/24065.html

- http://russian.people.com.cn/n/2014/0917/c31520-8783860-4.html

- http://guide.travel.ru/iran/93187.html

- https://ru.wikipedia.org/wiki/Фирдоуси

- http://tiropolk.livejournal.com/174199.html

- http://h.ua/story/352482/

- http://aftershock.su/?q=node/257268

- http://etceterini.livejournal.com/44410.html

- http://maxpark.com/user/2621641616/content/2403294

- http://maxpark.com/user/2621641616/content/1719480

- http://sajjadi.livejournal.com/20992.html

- http://ic.pics.livejournal.com/sajjadi/27353101/603861/603861_original.jpg

- http://www.sattor.com/russian/Hofiz.htm

- http://timag82.livejournal.com/35080.html

- https://stihi.ru/2012/01/26/8121

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

1498
Похожие новости
22 августа 2017, 09:00
18 августа 2017, 10:00
19 августа 2017, 20:30
19 августа 2017, 08:30
22 августа 2017, 11:15
21 августа 2017, 08:00
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
15 августа 2017, 14:15
19 августа 2017, 16:31
19 августа 2017, 16:30
16 августа 2017, 15:31
19 августа 2017, 16:30
16 августа 2017, 05:30
18 августа 2017, 23:01