Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

New Statesman: ЕС не сверхдержава. Ему придется считаться с Россией

Польско-белорусская граница стала горячей точкой в и без того сложных отношениях ЕС с Россией. С октября несколько тысяч мигрантов перебрались в Польшу из бывшей советской республики на фоне ожесточенных столкновений между польскими и белорусскими силами безопасности. Другие отправились в Литву и Латвию. А ранее в ноябре Россия отправила в небо над Белоруссией бомбардировщики, способные нести ядерное оружие. На карту поставлено гораздо большее, чем просто судьба последнего восточноевропейского союзника России — речь идет о долгосрочной неспособности ЕС разобраться с Россией как с соседней геополитической державой.
Белорусский кризис разразился в августе 2020 года после подтасовок на президентских выборов, на которых якобы с результатом в 80% победил Александр Лукашенко. В ответ ЕС ввел санкции. В мае этого года, после того как белорусское правительство посадило международный пассажирский рейс, чтобы арестовать оппозиционного журналиста и его девушку, санкции были ужесточены. В ответ режим Лукашенко начал свозить к польской границе мигрантов из стран Ближнего Востока, в частности Ирака.
Превращая мигрантов в геополитическое оружие против ЕС, Лукашенко подражает Реджепу Тайипу Эрдогану: в 2019 году тот пригрозил «открыть ворота и отправить в Европу 3,6 миллиона беженцев». Но поскольку режим в Минске поддерживает Россия, вероятность широкой геополитической конфронтации повышается. Был ли Владимир Путин «заказчиком и вдохновителем» событий на границе, как утверждал премьер-министр Польши Матеуш Моравецкий, — неважно. Все правительства ЕС и так знают: решение проблемы, какое бы то ни было, зависит от российского президента.
По мнению старых членов ЕС вроде Франции и Германии, такое геополитическое влияние в Европе после окончания холодной войны России не полагается. Хотя с расширением (в 1995 году к ЕС присоединилась Финляндия, а в 2004 — Польша, Эстония, Латвия и Литва) Евросоюз получил ряд новых границ с Россией, мало кто всерьез думал о последствиях постсоветского возрождения России. Безопасность этих новых независимых членов ЕС между Германией и Россией обеспечит НАТО, а не ЕС. Благодаря этому ряд немецких правительств поддерживает крепкие связи с Россией в энергетической сфере и подает их как экономическую необходимость, не связанную ни с какими геополитическими рисками. С точки зрения Берлина, именно российская зависимость от экспорта энергоносителей, а не немецкая от импорта газа (она же уязвимость всего ЕС), обеспечила Германии рычаги воздействия на Москву.
Но Путин давно решил, что энергия — вопрос геополитический. Он потратил два десятилетия на реконструкцию газовой сети из России в Европу, чтобы исключить Украину из числа транзитных государств. Это смысл трубопровода «Северный поток», по которому газ идет прямо из России в северную Европу по дну Балтийского моря, и «Турецкий поток», по которому газ доставляется в южную Европу по дну Черного моря. Когда «Северный поток — 2», наконец, заработает — вероятно, уже в следующем году — давние попытки Путина вычеркнуть Украину увенчаются успехом. Связанный долгосрочными газовыми сетями, которые освобождают России от сдерживающего влияния Украины, ЕС не готов противостоять российской агрессии на своих центрально-восточных границах.
Любой серьезный ответ России со стороны ЕС зависит от Германии. Однако же возрождение России застало Германию врасплох. Когда в марте 2014 года Россия аннексировала украинский Крым, Ангела Меркель недоумевала: «Кто бы мог подумать, что всего через 25 лет после падения стены прямо в сердце Европы произойдет нечто подобное?». Теперь же, под занавес своей карьеры, она встревожила правительства ЕС тем, что оказалась на передовой белорусского кризиса и дважды переговорила с Лукашенко, умоляя его предоставить оказавшимся в ловушке мигрантам гуманитарную помощь, хотя весь смысл санкций против Минска — лишить его президентство всякой легитимности.
Но даже и без немецкой настороженности к Москве ЕС не в силах выступить сплоченным геополитическим блоком и стабилизировать свои центрально-восточные рубежи. Польша, Литва и Латвия жаждут военной поддержки, а ЕС хочет отделаться малой кровью. 14 ноября премьер-министр Польши потребовал от НАТО «конкретных шагов» в решении пограничного кризиса. Но единственные страны НАТО, которые откликнулись на его призыв и отправили в Польшу порядка 100 военнослужащих каждая, — Великобритания и Эстония.
Как бы то ни было, над белорусским кризисом витает вопрос о будущем Украины. С марта российские военные наращивают свое присутствие в Крыму и на границе с украинским Донбассом, который контролируется пророссийскими повстанцами. Эммануэль Макрон предупредил Путина 15 ноября, что Франция готова «отстаивать суверенитет и территориальную целостность Украины». Но поверить ему трудно. Ни на что подобное у ЕС нет военных средств. В 2008 году Франция и Германия наложили вето на вступление Украины в НАТО, — да и не сделай они этого, всё равно ни один американский президент не отправит американских солдат воевать с Россией из-за Украины.
В интервью «Нью-Йорк таймс» 11 октября министр финансов Франции Брюно Ле Мэр (Bruno Le Maire) заявил, что Вашингтон должен признать ЕС сверхдержавой наравне с США и Китаем. Реальность же говорит об обратном: чтобы считаться какой бы то ни было геополитической силой, ЕС должен прежде всего разобраться с Россией.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

704
Похожие новости
06 декабря 2021, 16:30
07 декабря 2021, 11:30
07 декабря 2021, 02:00
06 декабря 2021, 20:15
07 декабря 2021, 07:45
07 декабря 2021, 00:15
Новости партнеров
 
 
Новости СМИ
 
Популярные новости
30 ноября 2021, 14:00
03 декабря 2021, 10:45
03 декабря 2021, 16:15
03 декабря 2021, 18:15
02 декабря 2021, 02:15
01 декабря 2021, 22:15
04 декабря 2021, 00:00