Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

Российская армия готовится к новой модернизации: как это будет

В ближайший месяц завершится подготовка проекта новой Государственной программы вооружений на период 2018-2025 годов, на которую отведено 17 триллионов рублей. Напоминает, в каких условиях готовилась эта программа и как она связана с действующими сейчас планами перевооружения.
История сбора и согласования пожеланий по смете ГПВ-2025, наверное, достойна отдельного материала. Мы лишь вкратце приведем основные вехи этого увлекательного процесса, попавшие в прессу, пишет в своем обзоре Лента.ру.
Первый заход на цель относится к тому периоду, когда ГПВ-2025 проектировалась в штатном исполнении: новая десятилетняя программа должна запускаться на шестой год предыдущей. По этому правилу ГПВ-2025 начиналась с 2016 года.
19 декабря 2014 года министр обороны Сергей Шойгу заявил: «Завершена работа по формированию типажа перспективных образцов вооружения и техники, имеющих сходные функциональные и технические характеристики. Это позволит сократить стоимость Государственной программы вооружения до 2025 года с 55 до 30 триллионов рублей с сохранением необходимых объемов оснащения».
Военные хотят новый бюджет на перевооружение в полтора раза больше прежнего. То есть военные подчеркивали, что им надо 55 триллионов (в 2,9 раза больше, чем на предыдущей ГПВ-2020), но, так и быть, согласны и на 30 (всего в 1,6 раза). Технически в этом не было ничего страшного. Например, исходный объем ГПВ-2020 в варианте полного списка желаний Минобороны оценивался в 36 триллионов рублей, но в итоге сошлись на 19,6 триллионах.
Ответ на заявку Знаменки последовал скоро. В феврале 2015 года источник в Военно-промышленной комиссии заявил, что осетра нужно урезать примерно вдвое: достаточным признается финансирование на уровне 70 процентов от ГПВ-2020, то есть около 14 триллионов рублей.
Но время шло, экономическое положение лучше не становилось, программу не принимали, и ее начали сокращать по протяженности. Теперь речь шла о запуске плана на период 2018-2025 годов. Для этого варианта, как сообщил летом 2016 года «Коммерсантъ», военные просили 24 триллиона рублей. В сентябре 2016 года, как узнало издание, на совещании у президента Путина произошел эмоциональный конфликт между Шойгу и главой Минфина Антоном Силуановым: военные требовали согласовать бюджет ГПВ-2026 в пределах 22 триллионов рублей, Силуанов настаивал на 12 триллионах.
Итогом длительной ругани, насколько можно судить, стал компромисс: зимой 2016/2017 годов цифры сблизили, получив рамочный бюджет ГПВ-2025 в пределах 17 триллионов рублей, о чем в середине мая 2017 года писали «Ведомости». То есть в конечном итоге мнение источника ВПК от февраля 2015 года оказалось довольно точной оценкой итогового результата.
Сейчас торговля ведется уже не вокруг общих расходов (они зафиксированы), а вокруг распределения средств по видам вооруженных сил и характеру работ.
Единственная часть, которая совершенно понятна и исполняема безальтернативно, — это переоснащение ядерных сил. Основные образцы ракет, за исключением тяжелого «Сармата», разработаны, хотя и не все переданы пока на вооружение (как в случае с «Рубежом» и «Баргузином»), ведется создание аэробаллистического гиперзвукового боевого оснащения. Но здесь важную роль играет ожидаемое в 2021 году истечение действия Пражского договора о сокращении наступательных вооружений. В любом случае это тема для отдельного материала.
Приоритеты ГПВ-2025 в части распределения по видам вооруженных сил, насколько можно судить по утечкам, публиковавшимся в прессе (тем же «Коммерсантом»), претерпевают изменения. За общими разговорами о «ставке на интеллектуальные системы» кроется существенная подпитка сил общего назначения, в первую очередь — сухопутных войск и ВДВ.
Стартовая разбивка ГПВ-2020 делала «пехоту» бедным родственником: сухопутчики и ВДВ получали только 2,6 триллиона рублей, в то время как флоту отходило 4,7 триллиона, ВВС — 4,5 триллиона и еще 3,4 триллиона — на воздушно-космическую оборону (от СПРН до средств ПВО).
Эта сетка в итоге так и не была выдержана: например, значительная часть заложенных на флот денег до него не дошла из-за неготовности промышленности или недоработанности изделий. Однако соотношение сил показано наглядно. Да и сухопутчики тоже получили далеко не все из заложенного в проект — по тем же причинам.
Как раз в ГПВ-2025 этот перекос планируют исправить. По некоторым данным, до четверти ее бюджета (то есть свыше 4,2 триллиона рублей) отойдет сухопутчикам и ВДВ, чье значение после кризиса 2014-2015 года на Украине и по итогам сирийской кампании были переоценено в сторону повышения.
Во второй половине 2010-х годов должны были начаться серийные поставки боевой техники нового поколения на единых платформах, впервые продемонстрированных в 2015 году: «Армата», «Курганец-25», «Бумеранг», а также на платформах для Арктики. Этот процесс мы увидим уже в новой ГПВ. Можно предположить появление там же и более-менее готовых образцов современных робототехнических комплексов.
Непростая ситуация сложилась с амбициозным проектом Единой системы управления в тактическом звене (ЕСУ ТЗ) — автоматизированной системы управления войсками (АСУВ) на уровнях от бригады и ниже. По ГПВ-2020 к исходу программы отработанные серийные комплекты системы должны были получить 40 бригад, на это планировалось затратить около 300 миллиардов рублей. Этого не произошло.
На данный момент обкатка ЕСУ ТЗ в Таманской дивизии продолжается, и мнение военных довольно противоречиво: они все чаще в частном порядке указывают на то, что система, к которой еще на предыдущих этапах было много вопросов, в текущем виде их скорее всего не устроит, ее можно использовать лишь как базу для создания новой АСУВ.
Тем не менее по сетецентрической линии не все так плохо: комплексы разведки, управления и связи (КРУС) серийно поставляются в войска, их использование в межвидовых группировках отрабатывается на полигонах. Техника прошла полевые испытания и в Сирии.
С флотом ситуация простая: его будут резать, не дожидаясь рецидивов истории со строительством головного фрегата «Адмирал Горшков». Напомним: этот корабль был заложен в 2006-м, спущен на воду в 2010-м и по состоянию на май 2017 года так и не принят флотом из-за недоработок, хотя к 2020 году по ГПВ уже должны быть введены восемь в строй фрегатов этого типа. Пересмотр взглядов на строительство флота, по имеющейся информации, подтверждается сокращением его доли в ГПВ до 2,6 триллиона рублей.
Поэтому вряд ли следует ждать в ГПВ-2025 открытия новых проектов: долгожданного нового авианосца, а также крупного заказа на постройку атомных ракетных крейсеров типа «Лидер» (хотя бы и в виде только головного корпуса). И наоборот — акцент на массовом серийном вводе уже освоенных хотя бы в общих чертах проектов фрегатов, корветов и малых сил флота представляется разумным выбором.
Собственно говоря, «Горшковы» рассматривались именно как проект для массовой серии (в разные годы оценка колебалась в пределах 24-30 единиц), чтобы заместить вывод кораблей советской постройки, состоявшийся в первой половине 1990-х. Переброска ресурсов на принципиально новые проекты тяжелых кораблей 1-го ранга может негативно отразиться на насыщении корабельного состава. В результате ВМФ рискует остаться с разнотипным ворохом недостроев и недоведенок вместо готовых боевых единиц.
В этот период неплохо бы решить три насущные проблемы с вооружением флота. Первая — это зенитная ракетно-артиллерийская система «Полимент-Редут», амбициозный проект по созданию интегрированной системы управления всем контуром ПВО для «Горшковых». С учетом роли этих кораблей в боевом составе флота данная задача должна быть решена безальтернативно и в кратчайшие сроки.
Вторая связана со специфической архитектурой радиоэлектронного вооружения корветов проекта 20380: ЗРК «Редут» должен работать через РЛС 5П27 «Фуркэ-2», но делает это, мягко говоря, крайне своеобразно, из-за чего добиться полноценной боевой готовности комплекса на уже сданных с 2011 года кораблях пока не удается. Вопрос почему все получилось так, как получилось, задавать уже все равно поздно, скорее имеет смысл начинать прикидывать, сколько дополнительных средств придется потратить, чтобы у флота появились боеспособные корветы с «Редутом» в том или ином облике.
Третья проблема связана с серьезным отставанием российского флота в борьбе с современными морскими минами. На данный момент единственным новым типом кораблей по этому направлению является базовый тральщик проекта 12700 «Александрит». Строится он в недостаточных количествах, а к составу и возможностям его противоминного комплекса остается много вопросов. В этом направлении хочется избежать результата в рамках классического «купил ты не того и слишком мало».
И уже после решения этих проблем имеет смысл обсуждать: получится или не получится с модульными атомоходами «пятого поколения», когда «Циркон» поставят на «Хаски» и в какой пятилетке спускаем атомный авианосец.
В части воздушно-космических сил ГПВ-2020 решала две задачи: дать современную серийную технику в заметных количествах и создать принципиально новые образцы.
С первой задачей справится удалось, хоть и не без накладок. В результате ВВС неплохо оснащены, хотя и используют, не считая уходящего Су-27П, четыре типа тяжелых истребителей платформы Т-10 (Су-27СМ, Су-30М2, Су-30СМ, Су-35С), а также два ударных вертолета (Ми-28Н и Ка-52).
Зоопарк этот неплохо было бы подсократить, особенно с учетом еще двух типов истребителей: МиГ-29СМТ закупленный (и отдельно — ранее использовавшийся экспортный алжирский) и МиГ-35 на вечном выданье (37 машин по ГПВ-2020 плавно переехали в ГПВ-2025). В любом случае придется искать какое-то решение проблемы накопленной разнотипицы в рамках ГПВ-2025.
По вертолетной технике все требования выполнены — за исключением импортозамещения производства турбовальных двигателей (но на поставках в войска это пока никак не отразилось). По самолетам выполняется на хорошем уровне. Развернуто серийное производство дальнобойных зенитных ракетных систем (С-400) и средств ПВО ближней зоны («Панцирь-С»). А вот с разработкой новой техники сроки поехали вправо. По изначальным планам истребитель пятого поколения Т-50 (ПАК ФА) уже должен был идти в линейные соединения ВВС. То же касается и системы ПВО/ПРО С-500, 10 дивизионов которой с 2015 по 2020 годы должны были поступить в войска. Оба образца задержались, и средства по их серийной закупке перенесены на ГПВ-2025.
Проект бомбардировщика ПАК ДА, скорее всего, придется отложить или сильно сдвинуть по срокам. Это видно в том числе и из активизации работ по восстановлению производства самолетов Ту-160 в Казани: Боливар российского бюджета вряд ли вынесет двоих, во всяком случае, в ближайшее десятилетие.
В неясном состоянии проект скоростного вертолета. Военные заинтересованы в этой технике, но в 2013-2014 годах первые же НИР по этой части с использованием летающей лаборатории на базе Ми-24 дали неутешительный ответ: имеющийся научно-технический задел решить поставленную задачу не позволяет. Однако работы по направлению продолжены, и развитие нужных технологий станет важной частью фундаментального раздела ГПВ-2025.
Особенностью следующей ГПВ-2025 станет исчерпание так называемых «научно-технических заделов». К началу 1990-х (а по ряду направлений и позже) оборонка накопила изрядный запас интересных решений и возможностей, которые и реализовала в основном под большой бюджет ГПВ-2020.
Промышленность устроил бы очередной валовый заказ на уже освоенную серию, но военные четко дают понять, что их интересует один из двух вариантов: либо принципиально новые образцы с качественно иными характеристиками, либо дешевая модернизация уже имеющейся техники.
Основная потребность в вооружении и военной технике уже закрыта или закроется к началу 2020-х годов при завершении ГПВ-2020. При этом военные прямо говорят, что по ряду направлений их устроили бы не «звезды смерти», а построенные на уже имеющихся технологиях массовые и дешевые решения. Например, это касается атомных подлодок. Флот не первый год просит сделать ему что-то вроде крупной серии многоцелевых лодок проекта 671РТМ(К) на современном технологическом уровне, но промышленность пока что загадочно обещает «пятое поколение», которое еще только предстоит разрабатывать.
В этих условиях в ГПВ-2025 предполагается переориентироваться на крупное финансирование оборонных НИР, в рамках которых должен быть создан новый задел для последующих ОКР по созданию готовых образцов техники и вооружений. Результатом станут новые технологии, решения и материалы, которые можно будет использовать с середины 2020-х годов при разработке техники следующего поколения.
Параллельно с этим будет продолжаться государственное финансирование производственно-технологического переоснащения оборонной промышленности. Об этом, в частности, заявил в интервью «Красной звезде» замминистра обороны Юрий Борисов. Из его слов можно сделать вывод, что у ГПВ-2025 будет свой спутник наподобие федеральной программы развития оборонного комплекса, действовавшей вместе с ГПВ-2020. На нее, к слову, выделялось три триллиона рублей.
Мощности, создаваемые по этой программе, почти наверняка обременят условиями по параллельному наращиванию выпуска высокотехнологической гражданской продукции.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

1816
Похожие новости
23 сентября 2017, 16:15
22 сентября 2017, 12:45
22 сентября 2017, 17:45
22 сентября 2017, 10:15
22 сентября 2017, 12:45
22 сентября 2017, 12:45
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
18 сентября 2017, 10:45
20 сентября 2017, 10:45
18 сентября 2017, 18:45
22 сентября 2017, 10:15
19 сентября 2017, 19:45
21 сентября 2017, 09:15
20 сентября 2017, 13:15