Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

Русские меняют свою политику на Балканах

Директор белградского Форума по этническим отношениям Душан Янич в интервью порталу Avangardа говорит о праздновании неконституционного Дня Республики Сербской в Баня-Лука. «Все выглядело как празднование, организованное в честь одного человека и его поклонников… Милорад Додик чувствует себя достаточно неуверенно, хотя упорно пытается преподнести себя как очень влиятельного и сильного диктатора. Этот парад из полиции, спецподразделений и мажореток продемонстрировал всю (не)серьезность и импровизированный характер политики Додика и его страны», — утверждает Душан Янич. Он также говорит о политической реальности, которой пытается воспользоваться Младен Иванич: «Реальность такова, что граждане Республики Сербской больше не верят, что однажды у них будет государство, точнее — что состоится объединение с Сербией. Заявления Додика и бывшего президента Сербии Томислава Николича так ни к чему и не привели. Ясно, что оба они воспользовались самой тяжелой артиллерией, которая у них была: „отделение", „самостоятельность", „присоединение Республики Сербской к Сербии" — теперь все это, не сыграв никакой роли, кануло в Дрину». Душан Янич говорит о новой политике России в отношении Додика: «Милорад Додик — серьезный борец. Он кто угодно, но не „телок". Он продолжает разыгрывать карту мнимой надежной российской поддержки, которая весьма сомнительна, но он действует убедительно. Да, его принимал у себя президент Владимир Путин, и перед Додиком открыты двери некоторых серьезных московских структур, однако все это далеко от того, как он сам себя преподносит и видит. Российская любовь к Додику постепенно угасает». Душан Янич также говорит о возможной победе Иванича на предстоящих выборах: «Победа Иванича стала бы посланием о том, что только на основе компромиссов и реальных интересов можно строить и улучшать Боснию и Герцеговину. Если он улучшит Республику Сербскую и проявит готовность прислушаться к оппозиции так же, как он слушал членов Президиума Боснии и Герцеговины и говорил с ними, Иванич сделает большое дело».
Вряд ли недавнее празднование неконституционного Дня Республики Сербской девятого января в Баня-Лука устроило его организатора Милорада Додика, к которому в этом году не приехали главные гости: президент Сербии Александр Вучич и премьер-министр Сербии Ана Брнабич. Вместо них режиссеру этого по-настоящему китч-патриотического празднества пришлось удовольствоваться гостями «второго дивизиона»: министрами внутренних дел и обороны Сербии (Небойшей Стефановичем и Александром Вулиным), а также бывшим президентом Сербии Томиславом Николичем. Последний постарался компенсировать свою политическую незначительность громкой националистической бессмыслицей.
По мнению директора белградского Форума по этническим отношениям Душана Янича, празднование Дня Республики Сербской в этом году было похоже на праздник, организованный в честь одного человека и его поклонников… По словам Янича, очень хорошо, что в этом году оппозиции Республики Сербской, в особенности Младену Иваничу, удалось избежать ловушки — не поддаться на провокации и «патриотические» призывы, обращенные Милорадом Додиком к оппозиции.
— Душан Янич: То, как в этом году были организованы празднества в Баня-Лука, красноречиво свидетельствует, что Милорад Додик чувствует себя достаточно неуверенно, хотя упорно пытается преподнести себя как очень влиятельного и сильного диктатора. Этот парад из полиции, спецподразделений и мажореток продемонстрировал всю (не)серьезность и импровизированный характер политики Додика и его страны. Сегодня политика Милорада Додика пуста и бесполезна для государства. Поэтому то, что мы наблюдали девятого января, не является проявлением государственности.
— Avangarda: Тогда проявлением чего это является?
— Конечно, для Додика и для части Республики Сербской девятое января — важная дата. Но в отличие от похожей манифестации, организованной в 2017-м, в этом году заметно спал энтузиазм, то есть одним и тем же граждан два раза подряд не «накормить». Кроме того, в этом году не было парада вооруженных сил Боснии и Герцеговины, и вообще в празднества не включили военный протокол. Главное решение, как и в 2017 году, принял Младен Иванич.
Когда в 2017 году он решил привезти часть армии Боснии и Герцеговины в Баня-Лука, Иванич понимал, что из-за подъема, связанного с этой датой, и того националистического характера, который Додик придает этому мероприятию, разумнее разрешить отправку некоторых подразделений. Не забывайте, что непосредственно перед этим проводились местные выборы, на которых Додик с триумфом победил. В тот период он отзывался об оппозиции крайне презрительно, клеймя ее представителей предателями. Тогда президенту Республики Сербской удалось убедить многих граждан в том, что он новый сербский вождь, национальный лидер-объединитель, которому удастся воплотить в жизнь некоторые национальные мечты.
— Да, но что же настолько принципиально изменилось всего за один год?
— Изменились все обстоятельства. Додик долгое время верил, что он лидер всех сербов. Проблема возникла тогда, когда то же самое начал думать о себе Александр Вучич. Осознав это, Додик, как мне кажется, все же начал постепенно отказываться от роли, которую сам для себя выбрал, и вместо нее занял позицию, устраивающую его на сегодня. Иными словами, он поставил себя на место, приемлемое для Вучича, и это разумно. Кроме того, в прошлом году Додика и Вучича связывала пламенная любовь, от которой теперь, судя по ложе, отведенной для гостей, не осталось и следа. Не думайте, что граждане не заметили этих перемен. Наконец, зная Иванича, я не верю, что он принял это очень смелое решение не приезжать на празднование Дня Республики Сербской без консультаций с оппозицией этой страны, а также с Вучичем.
— Почему решение о том, что вооруженные силы Боснии и Герцеговины не будут участвовать в неконституционном празднике, Вы называете смелым?
— Потому что мы говорим о политиках, которые, прежде всего, являются прагматиками. Не забывайте, что в 2018 году Боснии и Герцеговине предстоят выборы, в которых Иванич будет участвовать. Вы думаете, что его избиратели забудут все то, о чем я говорю? Поэтому я полагаю, что Иванич, приняв подобное решение, ориентировался на кое что другое. На что? Прежде всего, на реальность!
— А какова реальность?
— Реальность такова, что граждан Республики Сербской больше невозможно кормить ложью о том, что когда-нибудь у них будет государство, точнее, состоится объединение с Сербией. В этой связи заявления Додика и бывшего президента Сербии Томислава Николича так ни к чему и не привели. Ясно, что оба они воспользовались самой тяжелой артиллерией, которая у них была: «отделение», «самостоятельность», «присоединение Республики Сербской к Сербии» — теперь все это, не сыграв никакой роли, кануло в Дрину. Просто эти слова больше не работают. Кроме русского лагеря, эту идею объективно больше никто не поддерживает. А Вучича нет…
— Постойте, как же его нет?! Ведь Вы, конечно, понимаете, что его отсутствие было ничем иным, как прозрачной и уже не раз прежде наблюдаемой игрой?! Сам он не приехал в Баня-Лука, но ведь он отправил туда двух своих министров — свою правую и левую руку. При этом Додик беспрестанно ездит в Сербию. Он постоянный гость на всех важных политических и культурных мероприятиях, и я уже не говорю об объятиях, которыми Вучич и Додик каждый раз обмениваются. И Вы говорите, что «Вучича нет»?!
— Во-первых, присутствие министра Стефановича вызвало, конечно, много вопросов, но об этом должен задуматься сам Вучич. В качестве кого Стефанович побывал в Баня-Лука — министра внутренних дел или зампреда партии? Во-вторых, Вулин — министр обороны, и его присутствие может означать, что Сербия поддерживает Республику Сербскую. Однако, по-моему, Вулин, который воплощает собой явную и неприкрытую российскую линию в политике Сербии, может символизировать еще и поддержку Москвы Республики Сербской. Я не утверждаю, что Вулин приехал, не посоветовавшись с государственным руководством, но…
Если говорить о визитах Додика в Белград, об объятиях с Вучичем, то, несмотря на то, что президент Сербии все больше склоняется к Европейскому Союзу, я ожидаю продолжения всего этого и в ближайшее время.
— Об этом я и говорю…
— Но постойте, я еще не закончил… Итак, Вучич правильно понял, что намного больше может получить от отношений с Западом, если не поедет в Баня-Лука, чем от отношений с Москвой в случае визита в столицу Республики Сербской. Поэтому Вучич и отправил туда Вулина и Николича, присутствие которых двусмысленно. Они российские игроки, но в политической жизни и в среде сербского электората их позиция крайне шаткая. Конечно, остается проблема Небойши Стефановича.
Тем не менее, я думаю, что это было весьма продуманное тактическое решение, которое подтверждает: Вучич не связывает свою политическую судьбу с Додиком, чье политическое будущее неизвестно.
— Почему Вы думаете, что оно неизвестно?
— Если человек все больше связывает свою судьбу с каким-то другим государством, будь то даже братская Сербия или Россия, то его позиция в субъекте, президентом которого он является, значительно ослабляется. С другой стороны, посмотрите на Младена Иванича, к примеру, который своими поступками подтверждает, насколько правильно он оценивает сокращающееся влияние и силы Милорада Додика. А тот еще не понял, в каком направлении развиваются отношения мощных держав на Балканах, и продолжает идти по пути, который вскоре даже самой Москве придется изменить. Запомните: в представлениях русских Республику Сербскую ни на что не обменять. Сделка с ее участием невозможна, в отличие от Косово, которое можно обменять на уступки Запада в вопросе Крыма. Так что, сколько бы Додик ни старался, у него получится только противоположное. Сегодня Додик и Республика Сербская для русских — бремя. То, что сербы продолжат мечтать об объединении «двух сербских государств», простите, не российская проблема. Сегодня Республика Сербская для России — это нечто вроде политико-военно-полицейского заграждения от возможного прорыва ислама через Косово, Санджак, север Черногории в Боснию и Герцеговину. И не более! И вообще в этой игре Россия рассчитывает на своего несравненно более сильного, чем Додик, и серьезного игрока, который позволит ей — хотя бы формально — остаться не замешанной в этом деле.
— Вы имеете в виду Турцию?
— Конечно. Поймите, я не говорю, что Россия совершенно отвернулась от Додика, но я знаю, что Додик с жесткой позицией (а чем она жестче, тем меньше пространство для маневра) не устраивает Москву. Милорад Додик — серьезный борец. Он кто угодно, но не «телок». Он продолжает разыгрывать карту мнимой надежной российской поддержки, которая весьма сомнительна, но он действует убедительно. Да, его принимал у себя президент Владимир Путин, и перед Додиком открыты двери некоторых серьезных московских структур, однако все это далеко от того, как он сам себя преподносит и видит. Российская любовь к Додику постепенно угасает. Кстати, если у Додика такие большие связи в России, то как вы думаете, может ли он разведать обстановку, точнее узнать, как к Вучичу относятся в Москве, каков его рейтинг? Разумеется, ответ на этот вопрос такой: Додик не может этого сделать для Вучича. Это подтверждает, что Милорад Додик не так влиятелен, как бы ему хотелось. Несмотря на все сомнения России, связанные с Вучичем, его связи там намного лучше, и это отнимает у Додика очки.
Наконец, вспомните Томислава Николича, которого долгое время считали главным российским козырем в Сербии. Даже будучи президентом страны, Николич не скрывал, что любит Россию чуть ли не больше, чем Сербию. И что произошло? Несмотря на ожидания большинства, на президентских выборах 2017 года официальная Москва поддержала не Николича, а Вучича. И не из-за «любви», а из прагматических соображений, которыми всегда руководствуются державы.
Если на предстоящих президентских выборах в России победит Владимир Путин — а велика вероятность того, что так и будет — то Россия начнет проводить новую политику.
— Какую новую политику?
— Больше не будет политики усиления контроля. Новая политика, в частности, будет означать, что после продления мандата Путина в России начнется чистка так называемого глубинного государства, частью которого является военная разведка и ФСБ. Именно эти структуры держали в узде Додика и подобных ему балканских политиков, совершавших невероятные глупости в своем регионе, в том числе, в Македонии и 16 октября 2016 года в Черногории. Если Путин начнет чистки в этих структурах, то что тогда произойдет?!
Вместе с тем встает вопрос: чем эта новая политика выгодна Владимиру Путину? Российский президент знает, что именно новая Россия должна найти свое место в будущем союзе европейских государств. Многие из нас на Балканах пока не слышали, что немцы и французы предупреждают: если к 2025 году кто-то из нынешних членов ЕС не подпишет согласие на формирование союза европейских государств, то столкнется с неизбежными последствиями подобного решения. Такое государство не войдет в этот союз. В союзе европейских государств, который будет создаваться в 2025-2050 годах и будет шире Европейского Союза, найдется место и для России. Но почему Россия должна занять там место? Зачем ей это? Из-за Китая, вернее из-за стратегического партнерства США и Китая. Не забывайте, что Китай граничит с Россией и нуждается в энергоносителях. Путин это понимает.
— Где именно Вы угадываете признаки «новой политики» президента Путина, о которой говорите?
— Эта политика уже описана: есть новые проекты, новые книги. Сегодня в России ее широко обсуждают… Чтобы реализовать свою новую политику, Путин сначала должен разобраться со структурами, которые противятся реформам. Точнее, они поддерживали его, когда он отбирал контроль над энергетическими ресурсами, когда укреплял позицию армии и спецслужб в России, когда расправлялся с оппозицией, с независимыми СМИ, когда правил с помощью запретов, репрессий, когда ликвидировал оппозиционных лидеров и журналистов и уничтожал средний класс… Хотя речь идет об очень мощных структурах, ни один человек, ни одна структура не может быть сильнее государства. Не забывайте о санкциях, последствия которых для России огромны, и из-за которых российский президент (хочешь-не хочешь) просто вынужден что-то менять. Посмотрите, у него уже есть новые магнаты, которые приходят из других структур… Кстати, не впервые в истории, особенно в русской, диктатор или авторитарный правитель реформирует систему, во главе которой стоит.
— Что изменение российской политики, о котором Вы говорите, означало бы для Балкан?
— Всем, в том числе России, ясно, что Западные Балканы — зона НАТО. Новая политика России определит отношения этой страны с нашим регионом. То есть речь идет не о конфликте с нами, а об отношениях.
С другой стороны, есть политика Запада, прежде всего — США, которые в какой-то момент ослабили внимание к нашему региону. Думаю, что и эта ситуация меняется. Кстати, отметили ли вы, что недавно заместитель помощника госсекретаря США по делам Европы и Евразии Хойт Брайан Йи подал в отставку, и сейчас ожидается его новое назначение. Говорят, он может стать послом в Скопье, а потом и в Сараево… Возможно, вскоре его могут назначить специальным представителем США по Западным Балканам, что было бы хорошо. Ведь этот дипломат очень глубоко посвящен в политическую жизнь стран нашего региона. Почти всю свою карьеру Хойт Брайан Йи посвятил Балканам…
— Милорад Додик утверждает, что Йи — политическая и дипломатическая развалина, шарлатан.
— Я уверен, так и может подумать тот, кто наблюдает за жизнью из какой-нибудь подводной лодки на Саве. Боюсь, что Додик смотрит именно с этой перспективы, не понимая, что происходит в мире, как меняются отношения между державами.
Хойт Йи находится на уровне дипломата и сотрудника спецслужбы, который умеет разговаривать с политиками вроде Додика и большинства из тех, кто правит в регионе. Йи очень прямолинеен в общении, что местным лидерам не нравится. Поэтому они его и не любят.
Факт в том, что невозможность нанести визит в США явно очень разочаровывает Додика, поэтому он и делает подобные заявления.
— Как Вам кажется, оправдали ли себя санкции, введенные против Додика?
— Эти санкции оказались очень эффективными. У балканских народов есть правило: люблю Россию, люблю Турцию, но лучше поеду на Запад, а своих детей отправлю учиться в американский колледж. Так думает большинство граждан Республики Сербской. То есть если президент страны не может обеспечить нормальную коммуникацию с самым влиятельным государством Запада, если граждане страдают из-за личного конфликта между президентом и некой мощной западной державой, то это неправильная политика.
Рамуш Харадинай искренне признался, что он не получил американскую визу и против него введены определенные санкции из-за попытки упразднить Специальный трибунал по военным преступлениям и помешать ратификации границы с Черногорией, на которой настаивают США и Европейский Союз. Харадинай это признает. Додик же делает все наоборот: он пытается доказать, что его не беспокоит позиция Америки, и что речь идет о его личном конфликте с американским посольством в Боснии и Герцеговине, а не с администрацией США. Но все не так. Особенно если учесть, что, вероятно, у него много финансовых и других интересов, которые пострадали от этих санкций, и для Додика это дополнительный повод для беспокойства.
— Если то, что мы наблюдаем, как Вы говорите, является лебединой песней Додика, то как сложится, по-Вашему, его дальнейшая политическая судьба?
— Я уже сказал, что Додик много раз демонстрировал умение выживать, так что он не «телок». В этом смысле его не стоит недооценивать. В 90-е годы я чаще всего видел его в «Уилтон парк», а теперь он — в американском черном списке. И это не означает, что Додика уже стоит списывать со счетов. Проблема в том, что он не понимает: некоторые обстоятельства изменились. Если человек долго находится в значительной изоляции, в окружении придворных и больших денег, если его обожает сербская нация, если перед ним расшаркиваются иностранные дипломаты…
— Какие иностранные дипломаты?
— Я помню, как присутствовал на приеме в отеле «Холидэй Инн» в Сараево, на котором американский дипломат не скрывал восторга от того, что Додик пользуется поддержкой 62% граждан Республики Сербской. Это было в начале его первого мандата, когда он начал развивать идею о независимости Республики Сербской.
«Вы видите это место?— спросил Додик американского дипломата, указывая на офисное здание напротив отеля. — Там я открою представительство Республики Сербской».
Тогда почему же сейчас положение Додика настолько ухудшилось? Во-первых, из-за значительной изоляции, о которой я уже говорил, и, во-вторых, на некоторое время Додик настолько убедительно вжился в роль первого человека в Республике Сербской, что никто не решался хоть в чем-то его критиковать. Наконец, Додик первым на Балканах сделал смелую ставку на русскую карту.
— Насколько велики шансы оппозиции воспользоваться этой слабостью Додика на предстоящих выборах?
— На этих выборах Додику придется кого-то поддержать. Он понимает, что завтра найдутся те, кто будет сильнее его. При этом оппозиция все-таки уже переболела некоторыми болезнями. Ей известно, что на местных выборах Додик одолел ее благодаря манифестациям и референдуму, от которого, разумеется, впоследствии отказался. Сегодня у Додика таких сильных карт в руках нет.
Конечно, самый важный вопрос в том, поймут ли лидеры оппозиции, среди которых есть и способные, и мелкие люди, что, поддержи они Иванича, им всем найдется место. Кто-нибудь молодой и неопытный не сможет победить Додика или то, что от него осталось, то есть представления о Додике. В этой связи Иванич — наиболее серьезный кандидат, который гарантирует корректные отношения с двумя другими народами в Республике Сербской. Его победа будет иметь значение и для Республики Сербской, и для Боснии и Герцеговины. Потому что политика провоцирования конфликта — уже в прошлом. В конце концов, она ведет к распаду Республики Сербской.
Победа Иванича стала бы посланием о том, что только на основе компромиссов и реальных интересов можно строить и улучшать Боснию и Герцеговину. Если он улучшит Республику Сербскую и проявит готовность прислушаться к оппозиции так же, как он слушал членов Президиума Боснии и Герцеговины и говорил с ними, Иванич сделает большое дело. Конечно, у него уже начался тик…
— Какой тик?
— Все три члена Президиума Боснии и Герцеговины страдают тиком. Когда они говорят, у одного самопроизвольно трясется рука, у второго — нога, а у третьего дергается глаз. На них очень забавно смотреть. Потому что они единое целое. Боснийское целое. Останется ли все так же после возможной победы Иванича? Захочет ли Изетбегович и Чович остаться там, где сейчас находятся? Я не уверен. Единая Босния и Герцеговина была придумана не из-за какого-то одного хорвата, боснийца и серба, а из-за геостратегической важности этой страны. При этом, несомненно, жить Боснии будет тем легче, чем нормальнее себя поведут Сербия и Хорватия.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

644
Похожие новости
22 мая 2018, 23:30
22 мая 2018, 09:45
21 мая 2018, 20:00
22 мая 2018, 20:45
23 мая 2018, 10:30
22 мая 2018, 15:15
Загрузка...
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
16 мая 2018, 15:45
18 мая 2018, 17:45
21 мая 2018, 00:45
21 мая 2018, 14:30
22 мая 2018, 12:30
19 мая 2018, 13:00
21 мая 2018, 03:30