Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

Саудовский блок: сможет ли Эр-Рияд укрепить коалицию и почему пакистанского генерала назначили начальником штаба альянса?

В последние годы Саудовская Аравия, уже несколько десятилетий считающаяся одним из важнейших военно-политических партнеров США на Ближнем Востоке, явно испытывает недовольство по поводу политики своего заокеанского покровителя и его европейских союзников. Кровопролитная война в Сирии стала лакмусовой бумажкой, вскрывшей все недостатки американо-саудовского сотрудничества. К мнению Саудовской Аравии на Западе практически не прислушиваются. И в этом нет ничего удивительного — аутентичное арабское королевство не воспринимается Западом в качестве равноправного и полноценного партнера. Отсюда и многочисленные недопонимания и противоречия.



Кроме того, Саудовская Аравия очень обеспокоена активизацией Ирана, тем более, что отношения Ирана и США постепенно теплеют, хотя, конечно, далеки от нормальных. В сложившейся ситуации Саудовская Аравия нашла для себя выход в формировании отдельного военно-политического блока, в который могли бы войти азиатские и африканские страны с преобладающим суннитским населением. Разумеется, Ирану и Ираку, а также Сирии путь в этот блок заказан, но все остальные исламские страны Эр-Рияд рассчитывает объединить под своим идеологическим руководством.



Главная причина консолидационной деятельности Саудовской Аравии — стремление выстроить надежную защиту против экспансионистской, как считают в Эр-Рияде, деятельности Ирана. Шиитский Иран рассматривается руководством Саудовской Аравии как главный соперник королевства за влияние в исламском мире. Опасность Ирана для Саудовской Аравии усугубляется тем, что в самом королевстве проживает весьма многочисленная шиитская община, составляющая примерно 15 % населения страны. Более того, шииты населяют наиболее важные в экономическом отношении нефтеносные районы на северо-востоке Саудовской Аравии. Они неоднократно устраивали массовые демонстрации в защиту своих прав, заявляя о дискриминации со стороны правительства Саудовской Аравии.

Сами саудовские власти считают, что за шиитским общественным и религиозным возрождением в стране стоят иранские спецслужбы, заинтересованные в «развале» Саудовской Аравии. Поэтому к шиитским деятелям в Саудовской Аравии применяются самые жесткие репрессивные меры, что в еще большей степени настраивает против Эр-Рияда и Иран, и шиитов в других странах Ближнего Востока. Например, в январе 2016 г. власти Саудовской Аравии все же решились казнить знаменитого шиитского проповедника Нимр Бакира ан-Нимра (1959-2016) — шейха, пользовавшегося очень большим авторитетом среди саудовских шиитов. Нимр ан-Нимра схватила полиция Саудовской Аравии еще в 2012 году — после жестокого подавления массовых волнений в шиитских районах страны. Смертный приговор проповеднику утвердил сам король Саудовской Аравии Салман. Казнь Нимр ан-Нимра вызвала бурю возмущения шиитских общин по всему Ближнему Востоку. В целом ряде стран региона прошли массовые демонстрации, сопровождавшиеся беспорядками. В Эль-Катифе, близ которого в 1959 году родился шейх ан-Нимр, саудовские власти были вынуждены направить на протестующих воинские подразделения. Жестко была разогнана демонстрация и в соседнем Бахрейне.



В Бахрейне шииты составляют 75% от общей численности проживающих в стране мусульман. Это — большинство населения страны. Но, поскольку у власти в Бахрейне находится суннитская династия, шииты также недовольны существующей в стране политической системой. Именно они составляли основную часть протестующих, выходивших на улицы бахрейнской столицы в 2011 году. Подавление народных выступлений тогда осуществлялось при помощи прибывших в страну подразделений вооруженных сил Саудовской Аравии.

Напряженность обстановки в регионе заставляет Саудовскую Аравию искать новые пути укрепления своих позиций. В первую очередь, оно связывается с борьбой против иранского влияния. С этой целью Саудовская Аравия пытается консолидировать суннитов, проживающих в большинстве исламских государств Азии и Африки. Тем более, что Эр-Рияд пока обладает необходимыми для решения этой задачи условиями — и финансовыми ресурсами, и религиозно-политическим авторитетом.

Чуть более года назад, 15 декабря 2015 года, Саудовской Аравией было объявлено о создании нового блока — Исламской военной коалиции по борьбе с терроризмом. В его состав первоначально вошли 34 государства. Это собственно Саудовская Аравия, Бахрейн, Катар, Кувейт, Объединенные Арабские Эмираты, Йемен, Иордания, Ливан, Турция, Бангладеш, Малайзия, Мальдивские острова, Палестина, Пакистан, а также целый ряд африканских государств — Бенин, Джибути, Габон, Гвинея, Египет, Коморские острова, Кот-д'Ивуар, Ливия, Мавритания, Мали, Марокко, Нигер, Нигерия, Сенегал, Сомали, Судан, Сьерра-Леоне, Того, Тунис, Чад. Как видим, среди африканских участников коалиции есть не только чисто исламские страны, но и государства просто со значительной долей мусульман в населении (например, Нигерия).

Главной целью создания этой коалиции была провозглашена борьба с терроризмом и экстремизмом. На самом деле, ускорение темпов по созданию суннитского блока объяснялось успехами правительственных войск при поддержке российской авиации в Сирии, победами иракской армии над радикалами, продвижением курдов в Сирии и Ираке. То есть, Саудовская Аравия просто забеспокоилась грядущими масштабными переменами в политической ситуации на Ближнем Востоке и решила отреагировать на них созданием военно-политического альянса. Внушительный список стран — участниц новой коалиции, как казалось, демонстрировал серьезность саудовских намерений. Тем более, что Эр-Рияд, по идее, не должен был скупиться и на финансовое обеспечение нового проекта.



Однако, создание коалиции в таком составе сразу обозначило несколько проблем и противоречий. В первую очередь, они связаны с участием ряда стран, которые могут претендовать на собственное, отдельное от Эр-Рияда, лидерство в исламском мире и в региональной политике. Прежде всего, речь идет о Пакистане, который является наиболее сильной страной из участвующих в коалиции. Пакистан — одна из крупнейших по численности населения мусульманских стран мира. Это очень мощное в военном отношении государство, которое само претендует на роль державы мирового уровня. Хотя Пакистан использовал серьезную помощь Саудовской Аравии, с Эр-Риядом у него отношения весьма сложные. Это и дружба, и конкуренция одновременно. Встать полностью на сторону Саудовской Аравии и формируемой коалиции Пакистан не может. Причина тому — очевидная антииранская направленность коалиции.

Дело в том, что в Пакистане, во-первых, проживает очень многочисленная шиитская община, имеющая большой вес в политической и экономической жизни страны. Во-вторых, в культурном отношении пакистанское население, даже сунниты, ближе иранцам, чем арабам Саудовской Аравии. Исторически между Ираном и территориями современного Пакистана существовали давние культурные, экономические и политические связи.

В-третьих, Пакистан имеет давнюю историю весьма доброжелательных отношений с Ираном. Вместе с Ираном Пакистан решает вопросы борьбы с белуджским национально-освободительным движением в историческом регионе Белуджистан, разделенном между двумя странами. В свое время Иран поддержал Пакистан в конфликте с Индией, поэтому Исламабад фактически является «должником» Тегерана. И, надо сказать, платит по долгам честно. Пакистан всегда поддерживал ослабление международных санкций против Ирана. Среди пакистанского населения Ирану симпатизирует до 75-80%. То есть, полноценное участие Пакистана в коалиции, фактически направленной не столько против террористов, сколько против растущего иранского влияния, остается под большим вопросом.



Тем не менее, начало 2017 года отметилось сенсационным назначением. На должность начальника штаба войск Исламской военной коалиции был приглашен генерал армии Рахиль Шариф — пакистанский военачальник, в 2013-2016 гг. занимавший должность начальника штаба сухопутных войск Пакистана (фактически это — должность главкома сухопутных войск). Рахиль Шариф — один из самых известных современных пакистанских военачальников. Шестидесятилетний генерал — уроженец Кветты, административного центра провинции Белуджистан, но его родители в Белуджистан приехали из Пенджаба. Они принадлежали к пенджабской военной аристократии. Карьеру офицера выбрал для себя и Рахиль Шариф. Она складывалась у него весьма удачно. Этому способствовал авторитет семьи в военной среде. Старший брат Рахиля Шарифа Рана Шаббир Шариф, служивший в звании майора командиром роты в 6-м полку пограничных войск, геройски погиб в 1971 году во время очередной индо-пакистанской войны. Поскольку Рана Шаббир Шариф был одноклассником Первеза Мушаррафа, ставшего главнокомандующим пакистанской армии и президентом страны в 2001-2008 гг., Первез Мушарраф впоследствии обеспечил карьерное продвижение Рахилю Шарифу. Уже в годы правления Мушаррафа Шариф получил назначение командиром 11-й пехотной дивизии. Затем он был комендантом военной академии в Какуле, командовал армейским корпусом и занимал должность генерального инспектора пакистанской армии по боевой подготовке. В 2013-2016 гг. он руководил штабом сухопутных войск Пакистана.

Шариф всегда придерживался жесткой линии на противостояние движению «Талибан», которое он считал более опасным для Пакистана, чем даже соседнюю Индию. Под руководством Шарифа пакистанские сухопутные войска провели целый ряд успешных операций против талибов и других радикальных группировок в историческом регионе Вазиристан. Не исключено, что именно репутация Рахиля Шарифа в качестве непримиримого противника талибов и послужила его новому назначению. Естественно, что назначение пакистанского генерала на должность начальника штаба Исламской коалиции можно понимать и как определенный реверанс Эр-Рияда в сторону Исламабада, показывающий, что Саудовская Аравия вполне готова «поделиться» руководством коалицией со своим могущественным партнером.

Однако, в самом Пакистане назначение генерала Шарифа на пост начальника штаба войск просаудовской коалиции было воспринято неоднозначно. В Исламабаде испугались возможного ухудшения отношений с Ираном. Ведь долгое время Пакистану удавалось, несмотря на сотрудничество с Саудовской Аравией, сохранять дружеские отношения и с Ираном. Что будет теперь? Ведь получается, что вооруженные силы, которые в перспективе могут быть задействованы и против Ирана, а на практике и сейчас воюют против иранских интересов в том же Йемене, возглавил пакистанский генерал. Практически сразу же после получения первых известий о новом назначении генерала Шарифа, пакистанские средства массовой информации стали успокаивать общественность. Мол, одним из важнейших условий, которые генерал поставил перед саудитами, было приглашение в коалицию Ирана. В противном случае Шариф, вроде как, откажется командовать силами альянса. Поспешило отречься от причастности к назначению Рахиля Шарифа и пакистанское руководство. По его словам, генерал сделал выбор самостоятельно и пригласили его не как представителя Пакистана, а как превосходного военного специалиста, тем более, что с 29 ноября 2016 года шестидесятилетний генерал Шариф официально находится в отставке.

Кстати, Пакистан — далеко не единственная «проблемная страна» в составе коалиции. Еще один игрок с очевидными собственными амбициями и претензиями на лидерство в регионе — Турция. Тем более, что Турция входит и в состав блока НАТО. Конечно, конфронтация между НАТО и Исламской коалицией вряд ли возможна, но все может быть, и как поведет себя в этом случае Анкара, для которой сотрудничество с США, с Европой, да и с Россией, значит не меньше, чем связи с Саудовской Аравией?

Еще один серьезный игрок — Египет. Его руководство, сотрудничая с Саудовской Аравией, преследует собственные цели, в первую очередь — поправить финансовое положение страны. Но превращать египетскую армию в «пушечное мясо» для Эр-Рияда руководители страны не спешат. Поэтому, сотрудничая с Саудовской Аравией, они не проявляют большую активность в развитии новой коалиции. Для Каира участие в Исламской коалиции — ни к чему не обязывающий дипломатический ход. Например, от участия своих сухопутных войск в военной операции в Йемене Египет отказался. Разумеется, не стал отправлять в Йемен свои войсковые подразделения и Пакистан, что возложило весь груз наземной операции на Саудовскую Аравию и Объединенные Арабские Эмираты, вооруженные силы которых, несмотря на шикарное финансирование, терпят одну неудачу за другой.

Созданную под патронажем Саудовской Аравии коалицию вряд ли можно оценить как серьезную силу, хотя бы по причине наличия множества внутренних противоречий между странами, входящими в ее состав. Взять, хотя бы, активную деятельность радикальных группировок на территории стран Северной и Западной Африки. Надо быть чересчур наивным, чтобы полагать неосведомленность африканских правительств о причастности монархий Персидского залива к финансированию радикалов. Но африканские президенты согласились на участие в коалиции из финансовых соображений.

Наконец, у просаудовской коалиции слишком много внешних оппонентов, тягаться с которыми Эр-Рияду не по силам. Это и США с НАТО, и Иран, и Россия. Вдобавок ко всему, Саудовская Аравия имеет и собственные внутренние проблемы, настолько сильные, что многие аналитики всерьез рассуждают о перспективах сохранения в будущем Саудовской Аравии как единого государства.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

700
Похожие новости
22 сентября 2017, 15:00
20 сентября 2017, 18:00
21 сентября 2017, 19:15
19 сентября 2017, 12:00
22 сентября 2017, 12:30
20 сентября 2017, 15:30
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
22 сентября 2017, 00:15
20 сентября 2017, 18:00
21 сентября 2017, 19:00
17 сентября 2017, 23:00
16 сентября 2017, 14:00
19 сентября 2017, 09:15
17 сентября 2017, 19:30