Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

Tygodnik Powszechny: соседки из Донбасса

В Славянске помнят о том, что происходило там семь лет назад. Несмотря на остающиеся расхождения во мнениях, местные жители, по крайней мере некоторые, учатся мирно сосуществовать.
— Бандеровцы пришли и навязывают нам свой взгляд на жизнь. Я уверена, что 80% простых людей здесь хотят, чтобы они исчезли, — говорит Анна Алексеевна.
— Но… — старается перебить ее соседка Ольга.
— Люди в троллейбусах так говорят, — отрезает собеседница. — Но ведь вы-то в троллейбусе не ездите, — добавляет она.
— Это я не езжу?
— Послушайте, что там говорят.
— Я слышу, что там ездит масса сепаратистов.
— Я, значит, тоже сепаратистка?
— Да.
Анна Алексеевна — мать одной из ключевых фигур российского сепаратистского движения в Донбассе, а Ольга — украинская активистка, которой семь лет назад пришлось бежать из дома, возможно, спасая жизнь.
С апреля по июль 2014 года мир следил за событиями в Славянске — городе в Донецкой области с населением в 110 тысяч человек. Сепаратисты и помогающие им российские силы специального назначения заняли его первым, устроив там свой штаб. В июле Славянск отбила украинская армия. Сейчас он находится на территории, которую контролирует Киев.
Город стал одним из символов продолжающейся вот уже семь лет войны в Донбассе, в которой Украина противостоит сепаратистам и России, контролирующей и поддерживающей непризнанные государства — ЛНР и ДНР. В ходе конфликта одна только украинская сторона потеряла полтора десятка тысяч человек (приводятся разные цифры в зависимости от того, включают ли в них так называемые небоевые потери, например, смерть солдат в результате самоубийства). Российско-сепаратистская сторона о своих потерях не сообщает.
Анна Алексеевна и Ольга живут в одном доме на соседних лестничных клетках. Они подружились только после драматичных событий 2014 года, хотя их до сих пор разделяет, пожалуй, все. Первая остается глуха к аргументам второй и наоборот. Однако обе женщины говорят, что самое худшее — это молчание. Пока идет разговор, пусть даже на повышенных тонах, остается возможность жить рядом.
Эпоха советской стабильности
У Анны Алексеевны просторная чистая квартира с видавшей виды мебелью. На стенах висят иконы, на полках стоят фотографии мужа (покойного), сына (вынужденного уехать в Россию) и внука (живущего на неподконтрольной Киеву территории). Пожилая женщина живет в Славянске с самого рождения. Она вспоминает о Второй мировой войне, когда город был под оккупацией: голод, тяготы оккупационных будней, военнопленный, которого разместили на кухне вместе с семьей Анны Алексеевны, потому что комнату заняли немцы. «Я видела весь этот кошмар», — вспоминает она.
Ее отец не вернулся с войны, так что уже в юном возрасте ей пришлось тяжело трудиться, чтобы помочь матери и сестре. После начальной школы Анна Алексеевна не могла позволить себе нормально учиться и окончила только вечерний техникум. Когда ей было чуть за 20, она вышла замуж, родился сын Дима. Она быстро овдовела: у мужа на работе произошел несчастный случай. «Хотя я его потеряла, именно это время осталось в памяти, как самое счастливое, — говорит женщина, рассказывая о спокойствии и стабильности, которые она ценила, вспоминая войну и сложный период восстановления после нее. — Каждый год мы ездили летом на море, Дима был хорошо одет. Бедно мы не жили».
Анна Алексеевна работала на заводе и откладывала каждую сэкономленную копейку, потому что не могла рассчитывать на помощь родственников. За работу во вредных условиях труда она получила право выйти на пенсию в 45 лет, но так и не отдохнула, продолжая подрабатывать вплоть до 2014 года. Между тем сын вырос, женился, у него появился ребенок. Анна Алексеевна, проведя много лет в одиночестве, вновь вышла замуж и прожила четверть века со вторым мужем, пока того не унесла болезнь (это произошло уже после 2014).
С Бандерой в Донбассе
Ольга младше Анны Алексеевны на два десятилетия. Она родилась в Донецкой области и живет в Славянске уже много лет. Ее муж был бизнесменом, дела шли хорошо, они могли позволить себе заграничные поездки. Ольга, как и все ее родственники, считает себя украинской патриоткой, хотя на протяжении большей части жизни совершенно не интересовалась политикой. Так сложилось, что перед майданом 2004-2005 годов (его называют «оранжевой революцией»), она начала обсуждать с мужем дела в стране. «Он направил меня в нужное русло», — смеется Ольга, которая занялась в итоге общественной деятельностью
Во время первого майдана она поддерживала Виктора Ющенко, который противостоял на президентских выборах Виктору Януковичу. Ее сложно назвать конъюнктурщицей: людей, которые тогда в Славянске не относились к числу сторонников родившегося в Донецке Януковича, была всего горстка. Порой ее фамилия появлялась на стенах в сопровождении бранных слов. В следующие годы вместе с немногочисленной группой жителей она устраивала встречи, протестные акции или мероприятия, посвященные таким фигурам из украинской истории, как национальный пророк Тарас Шевченко или даже Степан Бандера — лидер Организации украинских националистов (запрещенная в РФ организация, — прим.ред.). Славянск с его спокойной монотонной жизнью, однако, существовал будто бы параллельно.
Когда в конце 2013 года в Киеве вспыхнули протесты против Януковича, Ольга сразу же их поддержала и даже выбралась в столицу. В феврале 2014 года протестные акции переродились в «революцию достоинства».
Анна Алексеевна взирала на все это с ужасом. Янукович в качестве руководителя страны ее устраивал, и она не понимала, из-за чего такой сыр-бор. Она говорит, что ее пугали украинские правые силы, которые пробуждали у нее детские вспоминания.
Крест для сына
В конце февраля 2014 года Янукович бежал, в конце концов оказавшись в России, а Киев охватила эйфория. Ольга замечала, что в Славянске что-то не так, но не ожидала войны. Все чаще проходили пророссийские акции протеста, со зданий государственных учреждений начали исчезать украинские флаги. Когда Дима вместе с другими жителями отправился захватывать городской отдел милиции, Анна Алексеевна спросила его: «Сынок, твое дело правое?». Он ответил утвердительно. Тогда она сняла с шеи цепочку с крестом и отдала ему. Сначала милиция, потом здание Управления Службы безопасности и наконец весь город оказался в руках людей, объявивших, что они представляют «донецких ополченцев».
Тогда Ольге вместе с мужем пришлось бежать из города, поскольку, как она рассказывает, за ними уже следили боевики. Вернулась она в июле, когда город заняла украинская армия. Довольно долго Ольга не знала, что в эти месяцы в ее квартире жил Дима, частично повинный в бедах ее семьи, а Анна Алексеевна приходится ему матерью. Та помнит события совсем иначе.
Оккупация, но чья?
— Анна Алексеевна, а кто захватывал отдел милиции?— спрашивает Ольга.
— Наши!
— Я вас умоляю!
— Клянусь, наши, местные.
— А где они взяли гранатометы, пулеметы?
— В военном комиссариате, их брали и наши, и казаки, русских здесь не было, — Анна Алексеевна ударяет кулаком по дивану.
По квартире разносятся громкие голоса обеих женщин. Ольга говорит, что захват Славянска был продуманной операцией, в которой с самого начала помимо местных участвовали россияне. Ее собеседница уверена, что он был проявлением самоорганизации жителей, решивших выступить против «бандеровцев». Россияне, которые то возникают в рассказе Анны Алексеевны, то из него пропадают, как она считает, появились только тогда, когда над Славянском нависла угроза вторжения украинских сил.
— Когда на нас стали сбрасывать бомбы, к нам автобусами ехали добровольцы, чтобы нас защитить, — говорит она.
— Почему они приезжали, а не защищались у себя, в России?
— А бандеровцам почему у себя не сиделось?
— Они защищали украинскую землю.
— Я считаю, что те добровольцы были украинцами.
— Это были русские кацапы.
— Выдумки! Ты не спрашивала, кто они и что здесь делают.
Ольга считает, что с апреля до 5 июля город был под российской оккупацией, а с точки зрения Анны Алексеевны, оккупация началась тогда, когда она закончилась для ее соседки, и продолжается до сих пор.
— Мы жили своей жизнью, а сейчас нас оккупирует Западная Украина, — говорит она.
— Но ведь мы продолжаем жить своей жизнью, — парирует Ольга.
— Что это за жизнь? В кошельке пусто, никто не уделяет нам внимания, мы для них — пустое место.
Ответственность
Сейчас мы знаем, что в апреле 2014 года таким людям, как Дима, помогали бойцы российских сил специального назначения, которыми командовал полковник Игорь Гиркин, возглавивший «ополченцев». Об этом известно благодаря тому, что несколькими годами позднее он сам этим хвалился. Офицер российской армии рассказывал также, что в роли руководителя тройки НКВД (он сам сознательно использовал такое историческое наименование) судил людей и выносил смертные приговоры.
После 2014 года Анна Алексеевна три года скрывалась, боясь возвращаться в свою квартиру. Она не получала льгот на оплату коммунальных услуг (в том числе электричества и газа, который продолжал дорожать), влезла в долги и вела нищенское существование. «Я два года жила впроголодь на подачки чужих людей», — от воспоминаний у нее наворачиваются на глаза слезы.
Ни сын, ни внук деньгами помочь не могли. Анна Алексеевна пыталась расплатиться с долгами и начать вносить квартплату. Пенсии не хватало, пришлось продавать вещи из дома. Чтобы получить государственную субсидию, она попросила жителей своего дома написать ей рекомендательное письмо, надеясь, что это расположит чиновников. На собрании домового комитета Ольга устроила скандал, заявив, что «врагу народу» никаких документов не дадут.
«Я проработала здесь столько лет, а теперь меня называют врагом народа», — удивляется Анна Алексеевна, которая до сих пор не может этого понять. Ольга считает, что ее соседка отчасти несет ответственность за сына: «Она не научила его любви к своей стране».
Анна Алексеевна считает себя украинкой: «У меня украинская душа, но меня мучает, что те, с Западной Украины, пришли сюда и указывают мне, как жить». Она поддерживает идею федерализации страны, говоря, что, «те» должны признать своеобразие Донбасса, как она признает своеобразие Западной Украины. Когда Ольга пытается спорить, Анна Алексеевна констатирует: «Ты такая же бандеровка, как они». Потом она заливается смехом, а вслед за ней начинает смеяться и Ольга. В их беседах крики переплетаются с шутками и взаимными провокациями.
В конце конов Анна Алексеевна оформила все документы и получила льготы, благодаря этому она немого ожила, хотя продолжает вести очень скромную жизнь.
Разговор за рюмкой
После того как Анна и Ольга узнали друг о друге и раскрыли карты, они со временем начали, как до войны, снова здороваться друг с другом. Брошенное исподлобья «здравствуйте» звучало на первых порах как рык, а не как приветствие. На то, чтобы увидеть Анну Алексеевну в ином свете, Ольге понадобился год. «Нормальная честная тетка, не подлая, всегда готовая помочь и не делающая ничего дурного», — отмечает она.
Жители дома время от времени устраивали во дворе посиделки. Так вышло, что однажды Ольга и Анна Алексеевна сели рядом. Рюмка за рюмкой и первая не выдержала: «Ты сепаратистка». «Да перестань, давай выпьем», — ответила вторая. Потом они спокойно разговорились, но вскоре снова затеяли спор о политике. Соседи считают нас сумасшедшими, говорят обе. С тех пор соседки разговаривают друг с другом чаще, ссорясь, подкалывая друг друга и хохоча до упаду.
«Она не стреляла, а из нашего дома три человека как минимум воюют на той стороне. Тех, кто выступил с оружием в руках против Украины, я простить не могу», — бросает Ольга.
— А Диму?
— Не знаю, пожалуй, нет, — отрезает она, но через мгновение добавляет: — Думаю, они не понимали, во что ввязываются, не ожидали, что начнется такое кровопролитие.
На своем месте
Анна Алексеевна легко прощает другим, но в глазах Ольги она искупила свою вину тяжелым трудом, занимаясь вместе с другими жителями огородом у дома. Во всех украинских городах, не только в Донбассе, это важный элемент стратегии выживания: в жилых кварталах выращивают овощи, даже картошку. Это позволяет разгрузить домашний бюджет.
«Мне кажется, вы здесь трудитесь больше других, — говорит Ольга. — Бывает, что вы уже в половине пятого утра занимаетесь грядками, чтобы успеть до жары». «Если бы я ими не занималась, меня бы уже здесь не было», — объясняет Анна Алексеевна, считающая, что работа удерживает ее на этом свете.
Она проводит экскурсию по огороду, где помимо прочего растут укроп, щавель, фасоль, перец и хрен. Есть и цветы. Ольга, кажется, гордится посадками даже больше соседки. Уходя, она не может удержаться и бросает: «Слава Украине!» «Героям слава!» — отвечает Анна Алексеевна, но добавляет, прежде чем Ольга успевает порадоваться тому, что обратила ее в «свою веру»: — Нашим, а не вашим!".
Имена обеих героинь и их родственников изменены.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

1123
Похожие новости
24 октября 2021, 13:00
25 октября 2021, 02:15
24 октября 2021, 15:00
25 октября 2021, 02:15
23 октября 2021, 16:15
24 октября 2021, 05:30
Новости партнеров
 
 
Выбор дня
24 октября 2021, 20:30
24 октября 2021, 12:45
25 октября 2021, 00:30
24 октября 2021, 20:30
24 октября 2021, 18:15
Новости СМИ
 
Популярные новости
20 октября 2021, 02:45
22 октября 2021, 11:30
18 октября 2021, 12:30
21 октября 2021, 22:15
23 октября 2021, 23:30
23 октября 2021, 21:45
21 октября 2021, 16:45