Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

У Запада для Эрдогана кончились желтые карточки

В минувшую пятницу Сенат США большинством голосов одобрил оборонный бюджет на 2021 финансовый год. Законопроект помимо прочего предусматривает и введение в течение 30 дней после подписания бюджета ограничительных мер в отношении Турции за покупку Анкарой российских зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) С-400. Вашингтон с 2017 года пытался кнутом и пряником переубедить Анкару отказаться от покупки С-400 в пользу американских ракетных комплексов Patriot, однако эти попытки не увенчались успехом. Сразу после поставки Турции первых С-400 в июле 2019 года администрация Трампа отреагировала, исключив Анкару из программы поставок современных американских боевых самолетов-невидимок F-35. Когда в октябре этого года Турция приступила к развертыванию российских ЗРК, терпение Госдепа США лопнуло окончательно. На прошлой неделе перед онлайн-встречей министров иностранных дел НАТО посол США в этой организации Кей Бейли Хатчисон заявила, что Соединённые Штаты обеспокоены «некоторыми особенностями поведения Турции». «Идея создания системы ПВО российского производства в центре НАТО выходит за рамки допустимого», — подчеркнула посол.
Санкции против Турции: где США, там и ЕС
Действительно, государство-член НАТО, выстраивающее свою систему противовоздушной обороны на основе российского ракетного комплекса — это форменный скандал в благородном семействе. В начале октября генсек альянса Йенс Столтенберг выразил крайнюю обеспокоенность этой ситуацией и высказал опасение, что российские ЗРК могут представлять опасность для авиации союзников. А также ещё раз предупредил Анкару, что за развертыванием С-400 неизбежно последуют санкции со стороны Соединенных Штатов. Данные санкции будут носить адресный характер и затронут турецкие компании и чиновников, которые непосредственно принимали участие в закупке ЗРК. Ограничения включают запрет на операции с недвижимостью и банковские операции на территории США, запрет на выдачу виз и запрет на получение кредитов.
Накануне голосования в Сенате Евросоюз также принял решение о расширении санкций в отношении Турецкой республики. Эти санкции стали реакцией на проведение Турцией буровых работ в Восточном Средиземноморье. Речь идёт о проводимой Анкарой разведке углеводородов на шельфе, который Греция и Кипр считают своей исключительной экономической зоной. В итоговом заявлении саммита Евросоюза было подчёркнуто, что ЕС остаётся привержен «защите интересов стран-участниц Евросоюза и поддержанию региональной стабильности». Кроме того, в Брюсселе назвали политику Анкары «провокационной», активизацию ее риторики против стран-участниц ЕС и отдельных европейских лидеров — неприемлемой. Было также сделано заявление, что Евросоюз будет тесно координировать свои действия в отношении Турции с Соединенными Штатами.
Однако пока что заявления ЕС — скорее декларация о намерениях. Предполагается, что в марте 2021 года верховным комиссаром ЕС по внешней политике Жозепом Боррелем будет представлен доклад по ситуации с отношениями с Турцией. И в зависимости от содержания доклада уже будут приняты конкретные ограничительные меры.
Турция действует суверенно
В ответ на претензии Брюсселя Анкара заявила, что считает любые антитурецкие санкции неправомерными, и они лишь поставят под угрозу отношения Турции с Европой и США. С самого начала конфликта вокруг турецкой георазведки на шельфе в Восточном Средиземноморье президент Эрдоган озвучил твёрдую позицию: Турция считает себя в полном праве вести разработку шельфа и будет продолжать ее даже под угрозой введения любых санкций. Надо сказать, что в изначальном санкционном списке ЕС было всего два человека. Европейские ограничительные меры запрещают для турецких фигурантов списка въезд на территорию ЕС, предусматривают замораживание их банковских активов на территории стран-участниц союза, а также запрещают предоставление им любых видов финансовой помощи.
Принятию санкций в отношении Турции сопутствовал негативный медийный фон: европейская пресса много писала о том, что Эрдоган, мол, ведёт себя все больше как противник, а не «друг Запада». Информация о готовящихся ограничительных мерах способствовала снижению курса турецкий лиры на фондовых биржах, однако (и это важный момент), непосредственно президента Эрдогана эти санкции никак не затронули. То есть в отношении европейских мер речь пока идёт скорее о громкой риторике, нежели о конкретных серьёзных издержках для Анкары.
Вашингтон настроен куда более серьезно. На недавнем саммите глав МИД стран-участниц НАТО не обошлось без жёсткой пикировки на повышенных тонах между Госсекретарем США Майком Помпео и его турецким коллегой Мевлютом Чавушоглу. Глава Госдепа потребовал от Турции начать, наконец, «действовать как союзник».
Оказывается, американцев уже давно раздражает слишком независимое поведение Анкары. Помпео подчеркнул, что Турция, по мнению США, выступает против принципов и действий НАТО, подрывает единство этого блока и «предпринимает провокационные действия в Восточном Средиземноморье, Сирии, Ливии и Нагорном Карабахе». Приобретение Анкарой зенитно-ракетного комплекса С-400 Помпео назвал «подарком России от союзника по НАТО». Глава турецкого МИД раздраженно парировал в ответ, что сожалеет, что Соединённые Штаты выступили против Турции, слепо поддержав «максималистскую позицию Греции и Кипра», при том, что, по мнению Анкары, самой большой угрозой единству Североатлантического альянса является на самом деле «позиция Франции в Ливии».
Во всем виноват Эрдоган?..
Таким образом, новые санкции в отношении Турции можно рассматривать как выражение недовольства Евросоюза и США персонально президентом Эрдоганом, который из статуса союзника и друга перемещается для Запада в некий гибридный статус между другом и врагом в зависимости от конкретной ситуации. Несмотря на то, что Турция является членом НАТО и имеет давние тесные связи с ЕС, в последние годы она часто выступает в роли антагониста Запада по ключевым вопросам. И Соединённые Штаты, и Европа оказались при этом в ситуации сложного выбора.
Можно обвинить Турцию в попытке неоосманского возрождения, дестабилизации всего Средиземноморья, включая Грецию, Кипр и Ливию. Можно осудить напор и жесткость внешнеполитической линии Турецкой республики, которой роль крупной региональной державы уже становится явно тесна. С другой стороны, союзникам приходится учитывать и тот факт, что Турция занимает стратегически важное положение и для Евросоюза, и для США, а кроме того, ЕС сильно зависит от готовности Анкары сдерживать поток беженцев в Европу. Последним обстоятельством президент Эрдоган с успехом пользуется для того, чтобы добиваться от лидеров Евросоюза выгодных ему уступок. Однако, несмотря на стратегическую важность сохранения Турции в своей орбите терпение союзников все-таки истощается. И если в Евросоюзе, несмотря на растущее разочарование политикой Эрдогана, по-прежнему опасаются резких движений, то в Вашингтоне сложился широкий консенсус в отношении того, что турецкого лидера необходимо «поставить на место».
…Но без кризиса Запада Эрдогана бы не было
Между тем, не зря говорят — дьявол кроется в деталях: большую свободу манёвра Анкаре предоставил как раз кризис так называемого коллективного Запада, столь ярко проявившийся при президенте Трампе. И Европа, и Соединённые Штаты в последние годы в гораздо меньшей степени чем прежде были вовлечены в урегулирование внешних конфликтов, поскольку у обоих были конфликты внутри. Для США серьёзной проблемой стала поляризация общества с его не только нерешенными расовыми проблемами, но и в первую очередь противостоянием традиционной системы ценностей и ломающей устои либеральной модели глобализации. Для ЕС серьёзный вызов представляет «перегрев» модели европейской интеграции. К тому же изменилась и сама матрица международных отношений, что проявилось в ослаблении влияния традиционных центров силы и появлении серьёзных региональных игроков, способных решать конфликты «на месте», без привлечения «мировых полицейских».
Турецкий гамбит: не хотят нас на Западе, мы уйдем на Восток
Геополитические амбиции Эрдогана росли пропорционально тому, как таяли его надежды сделать Турцию полноправной частью Евросоюза. Потеряв надежду стать частью Европы, страна пытается конвертировать уникальность своего положения в геостратегические влияние.
Турция сейчас выступает как крайне амбициозный игрок, достаточно авантюрный и готовый к игре на повышение ставок. Президент Эрдоган предпочитает решать все вопросы не в старом формате международных институций, а тет-а-тет, договариваясь непосредственно с тем, у кого есть ресурсы, влияние и рычаги для решения проблемы здесь и сейчас. Именно на реализации взаимных интересов (там, где они есть) основан и сложный формат так раздражающих Вашингтон российско-турецких отношений, в которых давление, торговля, а порой и открытое противостояние уравновешиваются важностью игроков друг для друга. Именно подобная координация между сторонами — исходя из соображений целесообразности, а не союзнического долга — как нельзя лучше отражает новую модель нынешней фазы международных отношений. И турецкий лидер одним из первых «поймал» эту волну. Однако в последнее время и Россию чрезмерно активное поведение Анкары тоже уже начинает раздражать.
Что касается претензий к тому, что Эрдоган «выкручивает руки» Европе, шантажируя ее угрозой открытия границ, то здесь на лицо некоторая подмена причина-следственных связей. На самом деле главная проблема заключается прежде всего в том, что, несмотря на миграционный коллапс 2015 года, Евросоюз вновь оказался не готов к беженцам из Сирии, Ирака и Афганистана. У Европы не оказалось ни разработанной адекватной миграционной политики, ни даже единого сценария-антикатастрофы на случай, если Анкара выполнит свои угрозы и откроет границы для беженцев. Собственно, вообще единственным инструментом в руках Евросоюза за прошедшие пять лет стала возможность закрытия европейских границ. Государства-члены ЕС попросту оказались не готовы поступиться национальным суверенитетом в такой чувствительной области, как миграционная политика.
Именно поэтому, несмотря на переполненную чашу терпения Брюсселя чиновники Евросоюза будут стараться не перегибать палку в отношении Эрдогана, делая упор больше на гневную риторику, нежели на конкретные серьёзных санкции в отношении Анкары. Скорее всего новые европейские ограничительные меры в отношении Турции будут точечными и затронут только отдельные фирмы и персоналии. Именно в этом духе высказалась канцлер Ангела Меркель, отметившая, что члены ЕС «протягивают руку Турции». Очевидно, что несмотря на то, что разногласия Турции с европейскими и американскими союзниками уже окончательно приняли системный характер, Европу продолжает сдерживать страх перед беженцами.
Окно для России
В Вашингтоне настроены куда более решительно, поскольку, несмотря на нежелание США «терять» Турцию, в действительности на кону в этом противостоянии с Анкарой — возможность значительных уступок в политике по Сирии и Ливии, к которым ни одна из сторон конфликта пока не готова. США в целом раздражает рост геополитической вовлеченности Турции в конфликты в Сирии, Ливии, Южном Кавказе, серьёзная напряженность в отношениях с союзниками по НАТО Грецией и Францией. Пандемия covid-19 тяжело ударила по экономике Турции и рейтинг одобрения правящей «Партии справедливости и развития» продолжает неуклонно снижаться. В этой ситуации Эрдогану выгодно нагнетать внешнеполитическую турбулентность и усиливать конфликтную полемику с Западом (и отчасти с Россией) — наличие внешнего врага всегда отвлекает внимание избирателя от внутренних проблем. «Дразнить гусей» у Эрдогана явно получается; недавно он уже посоветовал президенту Макрону пройти «психологическое лечение» и оставаться на контроле у профильных специалистов. Доставалось и Ангеле Меркель, в адрес которой турецкий лидер как-то заявил: «Вы фашисты. Вы звено фашисткой цепи».
Так что серьёзная напряжённость между союзниками гарантирована. Разумеется, речь не идёт ни в коем случае о разрыве союзнических отношений, и для Турции, и для США они крайне важны. Но Вашингтон, безусловно, будет пытаться вернуть Анкару в «рамки дозволенного». Инструмент известен: санкции или угроза их применения. Вашингтону в условиях кризиса доверия явно проще давить и угрожать, нежели договариваться. И вот тут может открыться «окно возможностей» для сотрудничества с Россией. Мы ведь тоже у Запада под санкциями.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

Загрузка...

Загрузка...
444
Похожие новости
19 января 2021, 13:00
19 января 2021, 13:00
19 января 2021, 14:45
18 января 2021, 23:45
19 января 2021, 16:45
19 января 2021, 03:30
Новости партнеров
 
 
Новости СМИ
 
Популярные новости
16 января 2021, 12:30
13 января 2021, 22:00
12 января 2021, 19:15
15 января 2021, 11:45
15 января 2021, 10:00
15 января 2021, 15:45
17 января 2021, 13:15