Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

Украина, 51-й штат США и «промайданила» суверенитет

Почему многие жители «незалежной» готовы пожертвовать независимостью страны в пользу американской оккупации

Газета The Washington Post опубликовала мнение читателя, который предложил присоединить Украину к Америке. По его мнению, выиграют от этого оба народа. В слегка ироничном письме некий Рей утверждает, что у украинцев и американцев много общего: они ненавидят и боятся Россию. «К тому же, в США много украинских американцев. Мы практически родственники», — пишет автор письма.
Рей уверен, что если предложить эту возможность украинцам, то они уж точно ухватятся за такой шанс. «Америка же получит курорт в Европе и разместит военные базы под боком у России», - цитирует экстравагантное мнение «Политнавигатор».
За последнее время мы привыкли, что на Украине сбываются самые невероятные сценарии. Немногие ещё год-полтора назад могли всерьёз предполагать, что эта страна будет столь настойчиво стремиться в НАТО. А сегодня президент Порошенко заявляет о подготовке референдума о вступлении Украины в Североатлантический альянс. И украинцы, убеждённые своей пропагандой в агрессии России, скорей всего, проголосуют за НАТО.
А вот как при нынешнем состоянии умов в «незалежной» могли бы проголосовать граждане Украины, если бы им вдруг предложили превратить свою страну в 51-й штат США?
- Я думаю, что подавляющее большинство граждан Центральной и Западной Украины согласились бы стать американцами, - говорит заместитель Центра украинистики и белорусистики МГУ, член Совета по межнациональным отношениям при Президенте России Богдан Безпалько. – Особенно это относится к молодёжи. Но не потому, что они очень ценят американскую культуру и не потому, что им нравится американская политическая система. О последней, я убеждён, большинство не имеет ни малейшего представления. Молодые украинцы, например, не знают, как правило, что выборы в США – не прямые. Однако вступление в США будет означать для украинского обывателя возможность свободной миграции в другие штаты, повышение уровня жизни, вливание в тот англо-саксонский проект, который постоянно трубит о своей успешности.
По большому счёту, украинский национализм, сохраняя своё антирусское содержание, превращается в инструмент глобализма. В этом смысле характерно заявление экс-министра МВД Украины Луценко, «лучше уж гей-парад раз в год, чем ежедневное ожидание российских танков». Неужели гомосексуализм является частью украинского националистического дискурса? Нет, конечно. Это такой реверанс западному миру, который сделал толерантность к сексуальным меньшинствам одной из основ своей нынешней цивилизации.
И многие граждане Украины с удовольствием влились бы в эту цивилизацию. Отбросили бы свои корневые, национальные устои и заботились бы, чтобы в их штате сохранялась лишь некая атрибутика декоративного украинства.
Сопротивляться вызовам «глобализации с западным оскалом» могут только государства, принадлежащие к мощным конкурирующим цивилизациям. Я убеждён, что даже в небогатом Вьетнаме очень немногие граждане проголосовали бы за вхождение в США. В таких странах люди ценят свою самобытность, культуру и не хотят вливаться в западную цивилизацию, с её толерантностью, как базисным элементом.
- Между тем, украинские политики и историки сегодня постоянно твердят своему народу о том, что несколько последних столетий они боролись за «незалежность» и, наконец, получили её. Почему же так легко большинство украинцев откажутся от независимости?
- Утверждения о том, что украинцы веками боролись за независимость – чистейшей воды ложь. Люди, жившие на территории, которая сейчас называется Украиной, боролись с внешними врагами не за украинскую государственность. Они боролись или за лучшее место в социальной иерархии, как, например, казаки. Либо боролись против религиозного и социального угнетения, как крестьяне при Богдане Хмельницком. Либо же они успешно встраивались в систему единоверной и фактически единокультурной России. Многие выходцы из Малороссии, как известно из истории, не только героически сражались за Российскую империю, но и делали сумасшедшую карьеру в ней.
Даже если сложить численность всех коллаборационистских формирований на территории Украины за годы Второй мировой войны, то не наберётся и 400 тысяч человек. Да и то большая их часть была выходцами из Галиции. В то время как в Красной Армии воевали миллионы украинцев. Примерно, каждый четвёртый награждённый советскими наградами солдат был выходцем из Украины. То есть тех, кто сражался за единое с Россией государство, на Украине всегда было на порядок больше. И сегодня «незалежность» не более чем товар, который украинская элита стремится продать, чтобы так или иначе влиться в западный мир.
В конце 20-го века независимость свалилась на Украину, как снежный ком в результате предательства верхушки СССР.
- Почему, в таком случае, украинцы не хотят «вливаться» в родственную им русскую цивилизацию, предпочитая Запад, почему так доверчиво многие из них восприняли тезис о российской агрессии, о том, что Россия спит и видит, как оккупировать Украину?
- Дело в том, что современная пропаганда через СМИ способна в течение относительно небольшого времени сформировать практически любое сознание, представление о мире. Тем более, что на Украине сегодня практически отсутствуют альтернативные каналы получения информации. У людей нет возможности сравнить разные точки зрения. Об этом очень хорошо сказал Игорь Стрелков. Когда он несколько часов подряд смотрел украинские телеканалы в Славянске, у него стали появляться сомнения: правильно ли он делает, обороняя город, не стоит ли ему приказать прекратить всякое сопротивление.
Феномен Украины состоит в том, что национализм там возник, был искусственно раздут ещё до того, как возникла сама нация. Последние десятилетия нацию пытались усиленно создать, переделывая население Юго-Востока в украинцев и даже, скорей, - в галичан. Но люди сопротивлялись этому, так как большая часть населения бывшей Украинской ССР ни культурно, ни исторически, ни религиозно не подходит под эти лекала. Тех, кто не поддавался действию пропаганды, журналист Богдан Буткевич назвал лишними людьми. Да, для той Украины, которая не прочь стать 51 штатом США, эти люди действительно не нужны.

- Я не берусь оперировать какими-то цифрами, - говорит заместитель директора Института стран СНГ Владимир Жарихин. -

Скажу так: значительная часть жителей Украины с радостью согласилась бы войти в состав США. Главный аргумент при этом был бы: наконец, заживём. Будут пенсии как в «штатах», зарплаты большие. Америка не даст нас в обиду, как свой 51 штат.
Скажу прямо: во многом корни подобных настроений кроются в политике России по отношению к Украине в последнюю четверть века.
После того, как Украина получила независимость, мы слишком долго утешали себя формулировками: мы всё равно братья, почти что один народ. И при этом Украина привыкала пользоваться экономической «халявой» со стороны России. Мы обеспечивали соседям низкие цены на энергоресурсы, прощали долги. Таким образом, значительная часть городского населения Украины оказалась приученной к иждивенческим настроениям: кто-то должен помочь. Если не Россия, то – США. Так что определённые основания для таких проамериканских настроений на Украине есть, к сожалению.
- То есть независимость, которой на словах так дорожат украинские политики, если бы представилась возможность, была бы тут же обменена на обеспеченную жизнь в составе другого государства?
- Я изнутри видел, как развивалась ситуация во время распада СССР. Украинская советская элита ничем не жертвовала ради независимости. После начала путча в августе 1991 года, в приёмной Янаева выстроилась очередь лидеров советских республик с выражением глубочайшего почтения.
Не скажу, что все украинцы готовы легко расстаться с «незалежностью». Я говорю тут в первую очередь о части населения крупных городов Украины, которые, собственно, и сформировали свой высокий уровень потребления вокруг дешёвого российского газа. Такие люди хотели бы продолжить своё достаточно комфортное существование за счёт передачи украинской «незалежности» американцам. Эти люди, кстати, во многом и являлись движущей силой Евромайдана.
Фото: ZUMAPRESS.com/ Global Look Press

   
Источник
   
Источник
Европейские политики называют «незалежную» несостоявшимся государством

Бывший президент Чехии Вацлав Клаус, выступая на «Глобальном форуме открытых обществ», заявил, что нынешний кризис на Украине связан отнюдь не с конфликтом с Россией и, тем более, не с «российской агрессией». По мнению Клауса, проблемы вызваны «неспособностью властей провести трансформацию существовавшей ранее коммунистической системы и построить полноценную государственность».
Чешский политик прямолинейно отметил, что Киеву не стоит ждать экономической и, тем более, военной помощи от Запада. Все равно никакого толку от нее не будет. На Украине отсутствует плюралистическая парламентская демократия, полноценная рыночная экономика и даже свобода слова. По словам Вацлава Клауса, «Украина все еще живет по принципам бывшей республики советской империи, не в состоянии построить полноценную государственность и стать суверенной страной».
Чех также подчеркнул, что Россия остается великой европейской державой, и ее конфликт с Западом раздут искусственно и не представляет собой «конфронтацию двух принципиально различных политических и социально-экономических систем».
Украинские политики, безусловно, назовут Вацлава Клауса «агентом Кремля», но так ли неправ бывший президент Чехии? Несмотря на 25 лет независимости, сегодня Украина – при всех разговорах о борьбе за «незалежность» - далека от суверенитета, как никогда.
- На Украине действительно не удалось построить дееспособное государство, - говорит президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов. - И отнюдь не по вине России, как мы понимаем. Существует внутриукраинская мифология, по которой все неудачи «незалежной» объясняются происками Москвы. Но ни до, ни после майдана эта позиция не выглядела убедительной. Это, прежде всего, ответственность украинских элит.
Им не удалось построить дееспособные государственные институты, невзирая на первоначальные стартовые условия, которые, возможно, были самыми благоприятными на постсоветском пространстве. Можно говорить о сбалансированном экономическом потенциале с сильной промышленностью, сельским хозяйством и высокотехнологичным сектором, о развитых науке и образовании, о хорошем качестве человеческого капитала. Нельзя забывать и о военном потенциале – западные группировки были самим боеспособными и полноценными в вооруженных силах Советского Союза. Даже климато-географические условия у Украины благоприятны. Все предпосылки для того, чтобы стать влиятельной региональной державой, были налицо.
Но две причины помешали реализовать этот потенциал. Первая носит политический характер. На Украине возобладало понимание суверенитета, исключительно как независимости от России. Тогда как Украина имела все шансы стать региональной державой, проводя многовекторную политику и пользуясь преимуществами интеграции с Россией. Хотя бы потому, что обрабатывающая украинская промышленность, за исключением нескольких позиций, может работать только на постсоветских рынках.
Это тот случай, когда элиты поставили политические задачи над экономической целесообразностью. С самого начала в независимой Украине возобладала часть элиты, которая, так или иначе, представляла западноукраинские ценности. Поэтому рациональная с точки зрения экономики интеграция с Россией была априори заблокирована.
- А вторая причина?
- Вторая причина - это компрадорская олигархия, которая не инвестировала основной капитал и выводила прибыль преимущественно за рубеж и в сверхпотребление. Это не только украинская проблема, она есть и в других постсоветских республиках. Но в России и Казахстане олигархи в большей степени ограничивались государством, чем на Украине. У нас после «ЮКОСа» олигархи больше платили налоги и вкладывали инвестиции в производство. На Украине же ситуация только ухудшалась.
- Может, теперь у Киева есть шанс построить, наконец, государственность? По крайней мере, они говорят о том, что избавились от советского наследия, влияния Москвы, и теперь заживут.
- На самом деле после майдана Украина очень сильно потеряла в суверенитете. По сути, она перешла под внешнее управление. В экономике это управление со стороны МВФ, в политике – со стороны США. Даже если к своим новым патронам часть украинского общества относится с пиететом и надеждой, это не называется суверенитетом. Это можно назвать термином «благожелательная гегемония», да и то, насколько она благожелательная – вопрос очень дискуссионный. Но в любом случае - это не суверенитет. Даже не говоря о территориальных потерях и неспособности полностью контролировать свою внутреннюю территорию.
Украина потеряла шансы на полноценный суверенитет. Но она к нему никогда и не стремилась. Победившая часть элиты и общества стремилась только к максимальной независимости от России и к тому, чтобы войти в другую сферу влияния. Эта задача сегодня решена. Другой вопрос, что пребывание в западной сфере влияния отнюдь не означает превращения в западную страну по уровню и качеству жизни. Это понимают все вменяемые люди, но пока не украинское общество.
Заместитель директора Института стран СНГ Игорь Шишкин убежден, что нынешний кризис на Украине объясняется не только неспособностью элит выстроить государственные институты.
- Рассмотрение Украины в рамках несостоявшегося государства с одной стороны оправдано. Но с другой – это предельное упрощение ситуации. Будто бы украинские элиты не смогли с чем-то справиться, и поэтому сейчас государство трещит по швам.
Я полагаю, что это ложный посыл. Дело не в том, что кто-то не справился со строительством украинского государства. Дело в том, что это государство изначально создавалось и создается исключительно, как противопоставление России. Только в этом смысл украинского проекта, который начал развиваться с конца XIX века за рубежом. Украинский сепаратизм был создан, выпестован и перенесен на нашу почву для того, чтобы оторвать Украину от России.
То, что сейчас происходит на Украине, - это не кризис украинской государственности, как говорит Клаус. Это следующий, вполне закономерный этап развития украинского проекта. Выход на прямое противостояние с Россией и уничтожение всего русского, что есть на Украине.
- Но разве это само по себе мешает выстроить успешную государственную модель?

- Мы знаем немало восточноевропейских республик, которые позиционируют себя, как антироссийские, и при этом нельзя сказать, что они полностью развалились и не состоялись, как государство. Но дело в том, что Украина – это органическая часть России, а украинцы – ветвь русской нации. Потому превращение в анти-Россию означает для них уничтожение. Оно означает отказ от своего прошлого и корней. Сегодня в Киеве приняты законы, которые героизируют предателей украинского народа, а тех, кто с ними сражался, объявляет врагами. Государство, которое отходит от своих корней, превращает свое население в манкуртов, ни при каких раскладах не может состояться. Вот в чем принципиальное отличие Украины от, например, Эстонии.
- Что ждет украинское государство при таком развитии событий?
- Либо превращение в абсолютную анти-Россию, которая будет существовать только за счет внешней поддержки и ненависти ко всему русскому на своей территории. Либо интеграция с Россией. Третьего не дано. Никакой Украины, которая будет соотноситься с Россией, как США и Канада, о чем у нас любили рассуждать, невозможно в принципе.
- А есть какая-то точка невозврата, после которой интеграция будет невозможна?
- Точек невозврата не существует. Польско-литовское государство оккупировало западнорусские земли несколько веков. Но в XVII веке украинский народ поднялся, с помощью великороссов сверг польское иго и воссоединился с Россией. Хотя там много веков вытравливали и истребляли все русское. И предателей тогда было не меньше, чем сейчас.
Заведующий сектором «Россия и новые государства Евразии» ИМЭМО РАН Николай Работяжев считает, что истоки нынешнего кризиса были заложены еще в 1991 году.
- Мне кажется, что главная проблема посткоммунистической Украины в том, что там существуют две огромные общины – население украинское и русскокультурное. Страна изначально была расколота на Восток и Запад в связи с тем, что еще в 20-х годах ХХ века к Украине из политических соображений было присоединено шесть областей на Юго-Востоке, а в 1954 году еще и Крым.
Этот раскол не был преодолен ни в 90-е, ни в 2000-е годы. Но в 1991 году был взят курс на то, чтобы всячески доказывать, что Украина – это не Россия, и противопоставлять украинскую идентичность русской. Нацию пытались сформировать на основе западноукраинских ценностей, и ничего хорошего из этого не получилось. Этот раскол и привел к трагическим последствиям, которые мы видим.
Вероятно, нужно было с самого начала создать федеративное государство, но власти Украины не пошли по этому пути. Хотя это решило бы многие проблемы.
Конечно, это не единственный фактор слабости украинского государства. Можно сказать, что после 1991 года на Украине развивались процессы, общие для всего постсоветского пространства. Была номенклатурная приватизация, бесконтрольное присвоение и расхищение государственной собственности. Это, безусловно, тоже ослабляло страну.
Но, как ни странно, различные группы украинской номенклатуры смогли договориться и принять новую Конституцию в 1996 году без особых конфликтов. Это говорит о том, что потенциал компромисса на Украине имелся, разные группы могли договориться, когда им нужно было. Но раскол на условный Восток и Запад изначально подрывал украинское государство.
Фото: EPA/TASS

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

568
Похожие новости
17 августа 2017, 19:00
20 августа 2017, 07:01
17 августа 2017, 14:00
18 августа 2017, 10:00
21 августа 2017, 13:00
19 августа 2017, 08:30
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
16 августа 2017, 08:15
19 августа 2017, 16:30
18 августа 2017, 00:30
17 августа 2017, 09:01
17 августа 2017, 11:15
17 августа 2017, 22:01
18 августа 2017, 09:45