Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

Верность Путину не гарантирует безопасность

В середине ноября 2016 года в Москве произошло нечто необычное. Сотрудники ФСБ арестовали российского министра экономического развития Алексея Улюкаева. Последний раз нечто подобное произошло в 1953 году, когда Лаврентия Берию — подручного Сталина — арестовали, а затем расстреляли. Обвинения, предъявленные министру экономического развития, и ход судебного процесса оказались довольно странными, однако они продемонстрировали истинную природу путинской России.
Улюкаева обвинили в вымогательстве и получении взятки в размере двух миллионов долларов от главы государственной нефтяной компании «Роснефть» Игоря Сечина. 15 декабря суд признал Улюкаева виновным. Его приговорили к восьми годам тюремного заключения. Обвинения и ход судебного процесса вызывали множество вопросов и сомнений. И ниже я перечислю некоторые из них.
Во-первых, Сечин является представителем ближайшего окружения президента Путина и одной и самых влиятельных — и зловещих — фигур в современной России. В 2003-2005 годах Сечин инициировал и провел атаку на нефтяную компанию ЮКОС, которая тогда была крупнейшей в России. В результате той атаки главные акционеры компании Михаил Ходорковский и Платон Лебедев провели более 10 лет в тюрьме. Сама компания обанкротилась, а ее активы были проданы государственным компаниям «Газпром» и «Роснефть» по сильно заниженным ценам. В середине 2014 года Сечин инициировал наступление на российский конгломерат под названием «Система». Уже к концу того года по решению суда все принадлежавшие «Системе» акции нефтяной компании «Башнефть» были переданы правительству. В октябре 2016 года акции «Башнефти» были проданы «Роснефти». В мае 2017 года «Башнефть» и «Роснефть» подали иск, потребовав два миллиарда долларов компенсации за ущерб, нанесенный в результате корпоративной реорганизации, которую проводила «Система». Честно говоря, в свете всех этих историй Улюкаеву нужно было быть сумасшедшим, чтобы пытаться вымогать взятку у Сечина.
Во-вторых, по материалам прокуратуры, Улюкаев требовал у Сечина взятку в октябре 2016 года якобы в обмен на разрешительный документ, который позволил бы «Роснефти» приобрести акции «Башнефти». Однако решение о том, что «Роснефть» должна купить акции «Башнефти», было пописано президентом Путиным в августе 2016 года. Все документы, необходимые для принятия решения президентом, министр Улюкаев подписал не позднее середины июля. Утверждать, что Улюкаев решился на вымогательство взятки спустя два или даже три месяца после того, как все решения уже были приняты, как минимум довольно странно.
В-третьих, согласно материалам прокуратуры, Улюкаев вымогал деньги у Сечина лично, без каких-либо посредников, то есть у их разговоров не было свидетелей. Сам Сечин не стал писать никаких заявлений относительно этого инцидента и отказался появиться в суде в качестве свидетеля, хотя его вызывали четыре раза.
В-четвертых, суд отказался проверить подлинность аудиозаписи разговора между Сечиным и Улюкаевым во время той их встречи, когда Сечин вручил Улюкаеву сумку с деньгами. Суд также отказался проверить эту аудиозапись на предмет возможной обработки, а также вызвать и допросить офицера ФСБ, который задержал Улюкаева.
Все это делает позицию обвинения крайне неубедительной и ставит под вопрос обвинения и приговор суда. Большинство экспертов сходятся во мнении, что, подобно Лаврентию Берии, которого расстреляли не за его истинные преступления, а как английского шпиона, Алексей Улюкаев был наказан не за взяточничество, а за какие-то другие свои проступки.
Согласно одной версии, решение наказать Улюкаева принял сам Владимир Путин. Причиной тому могла стать, к примеру, резкая критика со стороны Улюкаева в адрес Путина в его телефонных разговорах. Или же Путин счел какие-то действия Улюкаева личным предательством — к примеру, перевод личных финансовых активов за границу, или откровенные беседы с иностранными дипломатами, или финансовая поддержка оппозиционных политиков. Эта версия может быть подтверждена тем фактом, что телефоны Улюкаева (и некоторых других высокопоставленных чиновников, отвечающих за экономику) прослушивались в течение года до его ареста. Во время своей ежегодной пресс-конференции в декабре 2016 года Путин отметил, что данные, полученные в ходе наблюдения ФСБ, убедили его в виновности Улюкаева. Однако ФСБ всегда умела находить то, что ей было нужно.
Вторая версия заключается в том, что арест Улюкаева был инициирован и организован лично Сечиным. Возможно, у него с Улюкаевым произошел некий конфликт, который, скорее всего, был связан с деятельностью «Роснефти». Министр Улюкаев мог одобрить некие регламентирующие документы, которые могли помешать реализации планов «Роснефти» или наложить на нее дополнительные обязательства. Однако подобные действия вряд ли послужили бы причиной для такого сурового наказания — увольнение Улюкаева с поста министра было бы более вероятным исходом.
Третья версия основана на слухах о практике выплаты неформальных бонусов, которая якобы существует в российском правительстве. Согласно этой теории, те деньги, которые получил Улюкаев от Сечина — это всего лишь бонус за его министерскую работу. Вскоре после ареста Улюкаева в российской прессе появились расшифровки разговоров министра с главой банка ВТБ Андреем Костиным, в которых Улюкаев просил Костина помочь достать деньги для выплаты такого бонуса. Костин сказал, что Улюкаев должен лично получить эти деньги от Сечина. Согласно этой версии, настоящей причиной ареста Улюкаева могла стать попытка некоторых членов путинского окружения подорвать авторитет министров экономического блока и добиться их замены на более преданных людей. Не слишком жесткие, но все же регулярные заявления Улюкаева о том, что западные санкции вредят российской экономике, и что России необходимо начать переговоры по вопросу об их отмене, могли спровоцировать дополнительное давление на Путина.
Вполне возможно, что все эти версии ошибочны, и правда выглядит совсем иначе. Однако поскольку мы не можем до конца понять, что именно спровоцировало такое суровое наказание для Улюкаева, мы можем сделать из произошедшего несколько важных выводов. Я приведу четыре основных вывода.
1. Арест Улюкаева стал очередным доказательством отсутствия диктатуры закона и независимых судов в России. Если поступает соответствующая директива, любой российский суд приговорит любого человека к любому сроку, не обратив никакого внимания на абсурдность иска и отсутствие улик.
2. Путин — сильный авторитарный лидер, который регулирует процесс назначения и продвижения судей. Однако Путин не осуществляет личный контроль над судебной системой (в России более 30 тысяч судей), делегируя свои полномочия и, соответственно, влияние на решения судей своим помощникам. Это создает условия для злоупотребления властью теми, кто имеет доступ к Путину.
3. В течение последних нескольких лет маховик репрессий в России постепенно набирает обороты. До настоящего времени репрессии касались только тех, кого Владимир Путин и члены его ближайшего окружения считали своими врагами — от лидеров протестного движения до простых граждан, позволявших себе критические замечания в адрес Кремля. Хотя за последние несколько лет было арестовано десять действующих и бывших губернаторов, а также более 30 вице-губернаторов, их аресты были связаны с коррупцией и растратой бюджетных средств и были основаны на убедительных доказательствах (за исключением истории бывшего лидера партии «Союз правых сил» Никиты Белых). Арест Улюкаева и обвинительный приговор указывают на то, что теперь репрессии в России могут коснуться даже преданных сторонников Кремля. Верхние эшелоны власти получили от Путина четкий сигнал: любой из вас может оказаться на месте Улюкаева.
4. Улюкаев занимал руководящие посты в Министерстве финансов, Банке России и Министерстве экономики с 2000 года, то есть с самого начала правления Путина. Российский президент, несомненно, уважал Улюкаева как профессионала и приглашал его на все встречи, так или иначе касавшиеся экономической политики. Однако вердикт суда свидетельствует о том, что верность и личная преданность Путину больше не может защитить чиновника в случае конфликта с представителями ближайшего окружения президента.
Именно так и обстоят дела в современной России.

Сергей Алексашенко — бывший заместитель председателя Центробанка России и бывший заместитель министра финансов. В настоящее время он является старшим научным сотрудником Брукингского института.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

375
Похожие новости
17 января 2018, 15:30
17 января 2018, 20:45
18 января 2018, 10:15
16 января 2018, 23:45
18 января 2018, 10:15
16 января 2018, 15:45
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
16 января 2018, 18:15
16 января 2018, 02:30
15 января 2018, 13:15
12 января 2018, 19:00
13 января 2018, 07:45
15 января 2018, 23:45
13 января 2018, 13:30