Главная
Новости Политика Геополитика Мир Россия ИноСМИ Видео

Высшее образование тонет в BS

И это смертельно опасно для общества
  • Автор: Кристиан Смит
Кристиан Смит, профессор социологии университета Нотр-Дам.
От редакции: В предлагаемом публике материале автор в довольно экспрессивной манере рассматривает, или, скорее, разбирает завалы в американском высшем образовании. Стиль изложения сохранён. Расшифровка аббревиатуры BS дана в примечании.
* * *
С меня достаточно этого BS. Отходы BS настолько переполнили коридоры, классы и административные корпуса системы американского высшего образования, что я больше уже не уверен, что могу пробираться сквозь них, сохранив в целости свою психику и чистоту помыслов.
Хуже того, суммарный эффект полного BS вносит свой вклад в пагубную политическую ситуацию в стране и, в итоге, подвергает риску саму жизнеспособность и отличительные признаки пристойной цивилизации. Что я подразумеваю под BS?
BS — это утрата университетами способности браться за крупные вопросы из-за нашего кризиса веры в правду, реальность, причины, доказательства, аргументы, вежливость и в целом — в нашу человечность.
BS — это фарс, в реальности оборачивающийся выдающими себя за университеты «фрагменситетами» с гипер-специализацией и академическими дисциплинами, учреждениями, неспособными даже обменяться мнениями по явно общим проблемам.
BS — это надежда, что хорошее образование может быть обеспечено организациями, смоделированными по образу и подобию заводов, государственных бюрократических органов и крупных торговых центров — иными словами, огромные университеты перерабатывают орды студентов так, словно они представляют собой домашний скот, толпящийся в гигантской очереди, или делающих покупки потребителей.
BS — это университеты, озабоченные бесконечной погоней за деньгами и престижем, в том числе погоней за рейтингами (которые — и они это знают — совершенно некорректны) за счёт поистине непревзойдённого педагогического мастерства (которое надо отличать от разного рода бессодержательных «умений», рекламируемых отделами по рекрутированию и «продвижению» в любом заурядном университете).
BS — это настоянная на идеологии сленговая тарабарщина, обставленная разнообразными «флажками», призванными отмечать границы самомнения консолидированных групп и защиты их от ответственности перед теми, кто не настолько преуспел в эгоистичных «лингвистических играх».
BS — это система срочных контрактов, обеспечивающая гарантированную пожизненную занятость преподавательскому составу факультетов, (паршивых учителей и бездеятельных ученых) и вовсе не потому, что они поддерживают непопулярные взгляды, необходимые для защиты «свободы преподавания», а лишь потому, что много лет назад им каким-то образом даровали постоянную должность.
BS — это передача «бремени» преподавания базовых университетских курсов, традиционно преподаваемых кандидатами на штатную должность в профессорско-преподавательском составе различным зачастую низкооплачиваемым временным преподавателям и аспирантам.
BS — это штаты, грудью встающие на защиту своих «великих университетов», даже при том, что законодатели штата год за годом урезают расходы на высшее образование.
BS — это иллюзия, что образование, вполне достойное такой характеристики, можно получить через Интернет в рамках «дистанционного обучения».
BS — это однообразная система вознаграждений, вынуждающая аспирантов и профессорско-преподавательский состав «публиковаться» как можно быстрее и как можно больше вместо того, чтобы дать им время повзрослеть интеллектуально и показать действительно важные познания — а это ведёт к валу книг и статей, которые мало что добавляют к нашим знаниям об имеющих большое значение проблемах человечества.
BS — это третьесортные университеты, предлагающие заурядные программы подготовки будущих второсортных докторов наук для несуществующих ни в одной ведомости о зарплатах должностей, и чьё реальное предназначение — обеспечить факультету научных ассистентов из числа выпускников и оправдать наименование «университет».
BS — это студенческие «основные» программы обучения, которые на деле представляют собой не систему базовых курсов, а частично-элективные программы обучения, по сути своей неустойчивое перемирие между защищающими сферу влияния подразделениями и кафедрами, намеренными сохранить полные классы, впоследствии студентами обычно рассматриваемое как жульничество для «расчистки от помех».
BS — это вульгарно кривобокая политическая идеология факультетов с множеством дисциплин, особенно в гуманитарных и общественных дисциплинах, создающая единообразие взглядов на мир, которую эти факультеты оставляют без внимания, несмотря на заявления о защите разнообразия, многообразии и толерантности.
BS — это предельно коммециализированный спорт и администрация, присосавшаяся к денежным тузам, зачастую в процессе этого использующая и выбрасывающая студентов-спортменов вместо того, чтобы дать им образование; это последовательно коррумпированные программы набора, наставничества и системы оценок.
BS — это университеты второго и третьего разбора, проталкивающие дорогостоящие спортивные программы, которые мало что дают, кроме вытягивания денег у науки, когда некоторые обычные студенты не могут найти времени, чтобы подготовиться к занятиям, поскольку берут две-три подработки, чтобы оплатить счета за обучение.
BS — это превалирующая «культура проступков», перекрывающая открытый обмен мнениями и взаимную обязанность обосновать и аргументировать. Это беспорядочная и боязливая капитуляция руководителей университетов перед извечным нео-фундаменталистским надзором за высказываниями.
BS — это незаметная самоцензура, которая в итоге распространяется среди студентов и преподавателей, и искусные корректирующие тренинги, нацеленные на тех, кто изредка не занимается само-цензурой.
BS — это отдельные невразумительные вспышки антагонизма гневных аутсайдеров, спровоцированные подавлением открытой аргументации, главным образом для утверждения и укрепления самоуверенного превосходства тех, кто подавляет, а иногда и чтобы заглушить другие разумные мнения.
BS — это страх некоторых преподавателей в государственных университетах в очень консервативных штатах высказывать хорошо аргументированную но не общепринятую позицию из опасения травли со стороны ограниченных студентов и родителей или стать мишенью работающих на публику политиканов.
BS — это образец умонастроений студентов начальных курсов, воспитанный всей нашей культурой, в сущности рассматривающей колледж как с одной стороны дорогу к диплому и карьере (деньгам), а с другой как череду непрерывных вгоняющих в ступор вечеринок.
BS — это отсутствие у руководства высшего образования стремления отстаивать идеал гуманитарных наук — по которому колледж должен бросать вызов, развивать и трансформировать умы и сердца студентов так, чтобы они могли вести здоровую, благополучную и социально продуктивную жизнь — и их бегство в «прагматичную» предприимчивость, штампующую специализированных работников, призванных обеспечивать Экономику.
BS — это административный бред о том, что всё важное в высшем образовании можно оценить в количественных «показателях», использование которых (якобы) позволяет университетам быть управляемыми подобно корпорациям, что требует от преподавателей и сотрудников тратить больше времени и энергии, предоставляя данные для этих показателей, которые — и они тоже это знают — BS.
Я могу и дальше продолжать перечислять всё это BS, нагромождённое на высшее образование, но я его уже достаточно перелопатил, чтобы дать понять свою точку зрения. Чтобы читатели не подумали, что для меня всего лишь «зелен виноград», позвольте мне добавить несколько фактов. Я ужасно люблю научные исследования. Я удачливый победитель в системе исследований университета. Я понимаю: чтобы достичь превосходства, нужны деньги. Я работал, чтобы помочь собрать деньги и поддержать рейтинги программ моего университета и его ведомственный статус. Я преподавал в классах, где было более 300 студентов. И я очень люблю спорт в колледже, особенно американский футбол, волейбол, баскетбол и футбол. Так что аббревиатура BS для меня и впрямь болезненна и осложнена морально.
Но выявление этого BS — это не мой личный опыт, ограничения или ощущения. Дело даже не в вопиющем факте того, что бесчисленные миллионы студентов получают неполноценное и иногда недостойное колледжа образование, какое уж оно есть. В конце концов, мы должны осознать более чудовищную реальность: всё это BS в педагогике морально разрушает нашу большую культуру и политику.
Идеи и сопутствующие им действия имеют определённые последствия. То, что десятилетиями формируется в колледжах и университетах в той или иной степени демонстрирует характер и качество наших государственных служб, политических кампаний, общественно-политических обсуждений, участие граждан, социальный капитал, программирование СМИ, низкий уровень школьного образования, предпочтения потребителей, бизнес-этику, развлечения и многое, многое другое. Долговременное разрушительное воздействие на политику и культуру можно исправить лишь за продолжительное время, если вообще это возможно. Тут невозможно быстренько что-то подкрутить. Так что я не преувеличиваю, говоря, что BS нашей высшей школы в совокупности подвергает риску саму достойную уважения цивилизацию.
Миром всегда правят политические, экономическая, религиозные и социальные неразумность, насилие, глупость, обман и доминирование простой силы. Но я издавна верил, что несмотря на свои пороки, американское высшее образование должно, может и часто остаётся возвышенным островом, защищённым резервом для практических открытых расспросов, обоснованных обсуждений, критических и самокритичных отзывов, убеждения аргументами и доказательствами и истинным прогрессом совместного обучения.
Для меня достойно сожаления, что это мнение стало невероятным. Под общим весом груды BS, остров оказался засорен, ресурсы отравлены многими деструктивными внешними силами, для выявления и исправления которых и существует научное сообщество. Большая часть американского высшего образования теперь воплощает в себе проблемы, которые, как предполагалось, должна бы не нести в себе, а изменять: необоснованность, двуличие, отказ от ответственности, неспособность понимать сложность и видеть широкую картину и прибегать к слегка замаскированным формам принуждения.
Наиболее тревожащие последствия этой длительной коррупции теперь разыгрываются в нашей национальной политической культуре и организациях.
Резкая политическая поляризация, фальшивые новости, законодательный паралич, потоки произносимой совершенно безнаказанно откровенной лжи, насилие на улицах, скандальное невежество огромных групп американцев в отношении основных фактов наших наиболее неотложных национальных проблем, хвастовство некоторых высших должностных лиц своими сексуальными притеснениями и оскорблениями, остающимися без последствий, международная дипломатия, проводимая на уровне школьных издёвок и противоречивых сообщений в соцсетях и растущее чувство разочарования и всё более отчаянный гнев огромной массы обычных американцев — вот что получается, когда «образованные» граждане страны в течении многих десятилетий не получают приличного образования, и когда организационные центры просвещенного обучения и дебаты становятся прибежищем идеологии, устрашения и подмены понятий. При таком состоянии науки какие могут быть надежды на проявление важнейших социальных добродетелей в политике, законе, дипломатии, СМИ и в сфере бизнеса, торговли и экономики?
Это колоссальная трагедия. Но можем ли мы постичь эту трагедию? Я боюсь, что в коллективном представлении современного американского образования, как и в культуре, если брать шире, само понятие трагедии — категория более не осознаваемая. Компромиссное согласие? Конечно. Карьерный цинизм или утомление? Наверняка. Но трагедия? А что это такое?
Нет, идея трагедии непостижима в организациях, дрейфующих в этом «бермудском треугольнике», отмеченном зависимостью от внешнего финансирования точных наук, раболепным наукообразием социальных наук и интеллектуальных прихотей, идеологическими доктринами и научной завистью, которая охватывает и ослабляет гуманитарные науки. И когда адепты и жертвы этой трагедии даже не способны осознать собственную трагедию, ситуация оказывается ещё более ужасной и печальной.
Важно во всём этом осознавать, что большая часть этого BS производится не злонамеренными отдельными личностями, а комплексной разбалансировкой организационной системы. Легко быть действительно хорошим ученым или администратором и при этом активно вносить свой вклад в BS. Так что нам необходимо задуматься не индивидуально, а системно, о культуре, организациях и политической экономии. Указывать пальцем на отдельные школы и людей — ничему не поможет. А вот социологический анализ систем и их последствий — вполне.
Многие мыслящие люди в высшем образовании сегодня вполне осознают различные нагромождения BS вокруг себя. По-видимому, немногие осознают масштаб этих завалов, накопленных к нынешнему дню, и насколько они нас оскверняют. Большинство причастных ощущают бесполезность борьбы с этим, не хотят рисковать карьерами, обеспечивающими преимущества, даваемые сложившимся статус-кво, или являются профессиональными сторонниками существующей системы и потому обязанными убеждать, как всё замечательно.
Я тоже чувствую свою беспомощность. Кажется, самое большее, что я могу сделать — попытаться сохранить что-то ценное, что еще остается в системе гуманитарного образования. Реальные перемены скорее всего произойдут в отдалённом будущем, и будут навязаны педагогике извне, вопреки её собственной огромной инерции. Это будет неприятно, да и не обязательно приведёт к чему-то лучшему. Мы не можем принимать, как самом собой разумеющееся, радостную самокоррекцию. По-моему, истинно положительные перемены в высшем образовании, если они когда-либо произойдут, должны быть скомбинированы с некими формами кажущегося традиционализма и организационного радикализма. Нам нужны будут люди, обладающие способностями найти и возродить лучшее из высшего образования прошлых лет и реструктурировать его организационно так, как будет наиболее эффективно в будущем.
История дает нам некие основания надеяться, что творческие женщины и мужчины со временем разовьют плодотворные эксперименты и выстроят новые организации, которые приведут к новому расцвету прекрасного высшего образования, достойного своего названия, и помогут возродить культуру и политическую жизнь. А пока масштабы BS продолжают нарастать, самый насущный вопрос таков — сколько мусора, идиотизма и разрушений внутри и (в результате этого) вне университетского мира нам придется пережить за это время.
Примечание:
В статье используется игра слов: BS — Bachelor of Science бакалавр (естественных) наук; так же BullShit — дерьмо; враки; бред собачий; очковтирательство; галиматья; абсурд; ахинея.
Об авторе:
Кристиан Смит преподаёт социологию в престижном частном католическом университете Нотр-Дам в г. Саут-Бенде, штат Индиана. Университет основан в 1842 году, женщины принимаются с 1972 года. Известны его спортивные команды. Университет владеет картинной галереей с коллекцией произведений европейского искусства XVI-XVIII вв. (основана в 1917 году). Около 7,5 тысяч студентов.


Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

434
Похожие новости
20 февраля 2018, 14:45
20 февраля 2018, 14:30
22 февраля 2018, 07:00
21 февраля 2018, 23:00
20 февраля 2018, 20:00
20 февраля 2018, 20:00
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
21 февраля 2018, 04:30
21 февраля 2018, 12:45
19 февраля 2018, 08:45
18 февраля 2018, 00:45
20 февраля 2018, 22:45
22 февраля 2018, 18:30
17 февраля 2018, 00:30